Эксперты оценили возможности наращивания нефтедобычи в США

Слушать.

Москва. За последние несколько лет США трансформировали глобальный энергетический рынок, закрепив за собой статус главного бенефициара санкционного давления и логистических сдвигов. Администрация президента страны Дональда Трампа стремится расширить долю рынка в ключевых макрорегионах.

Агентство нефтегазовой информации изучило, есть ли у Соединенных Штатов потенциал для роста добычи и каковы перспективы отрасли в ближайшие 5–10 лет.

Расширение рынков сбыта

США активно наращивают присутствие как в Европе, так и в Азии. После сокращения поставок российской нефти в ЕС ключевую роль в закрытии этого дефицита сыграл американский экспорт. Европейские нефтеперерабатывающие заводы перестроили логистику, а поставки из США через Атлантику достигли рекордных значений, вытеснив традиционные потоки из Балтики и Черного моря. В 2024 году экспорт в Евросоюз достиг максимума за 10 лет – 173,8 млн барр. на $12,17 млрд. По итогам 2025 года доля американской нефти в ЕС выросла до 15%, сделав США крупнейшим поставщиком.

В АТР американские компании заняли освободившиеся ниши в Южной Корее и Сингапуре на фоне переориентации российских поставок на Индию и Китай. Иранское направление приобрело характер жесткого геополитического противостояния: США давлением пытаются ограничить доступ КНР к дешевым углеводородам и сбить темпы энергетического сближения Пекина и Тегерана.

По данным на июнь 2026 года, США (10,5 млн б/с) стали крупнейшим экспортером нефти в мире, обогнав Россию (7 млн б/с) и Саудовскую Аравию (5,9 млн б/с).

«Физическая экспортная инфраструктура уже доказала способность «переваривать» значительно большие объемы. В апреле 2026 года экспорт нефти из Америки временно достиг рекордных 5,6 млн б/с, примерно на 21% превысив предыдущий месячный максимум, но я бы не назвал это новой нормой», - отметил эксперт Финансового университета при правительстве РФ Никита Овчинников.

Он объясняет рост экспорта весной 2026 года глобальными перебоями предложения. Одновременно американские коммерческие запасы начали быстро сокращаться: в мае они уменьшились примерно на 25 млн барр., в июне – на 15 млн. То есть часть экспортного импульса обеспечивалась не новой добычей, а изменением торговых потоков и сокращением запасов. По мнению эксперта, устойчивое увеличение вывоза нефти потребовало бы существенного структурного роста самой добычи, где возможности более ограничены.

Наращивая экспорт, собственные потребности США обеспечили за счет растущих поставок черного золота из Венесуэлы. В этом году Вашингтон выдал Chevron лицензии на возобновление добычи и экспорта тяжелой нефти в стране, что вернуло эти объемы на НПЗ Мексиканского залива и укрепило американские позиции в регионе.

Потенциал нефтедобычи

За рекордными экспортными потоками скрывается структурное замедление темпов роста добычи. По данным Управления энергетической информации Минэнерго США (EIA) и Международного энергетического агентства, пик экстенсивного роста сланцевой революции пройден. Аналитики S&P Global Commodity Insights и Rystad Energy отмечают, что ключевые бассейны приближаются к фазе зрелости, исчерпав традиционные резервы. Как отмечает член экспертного совета при Российском газовом обществе Павел Марышев, объемы легкой нефти подошли к концу, а дальнейший рост связан либо с проектами на территории других стран, либо с тяжелыми сланцевыми и офшорными разработками.

По его словам, ситуация с доказанной сырьевой базой указывает на серьезный структурный кризис. Новые объекты относятся к гринфилдам: их разработка требует создания инфраструктуры с нуля, что подразумевает колоссальные капитальные затраты. Такие инвестиции окупаются только при условии долгосрочного роста мировых цен на нефть. Текущая добыча держится на пиках благодаря внешним факторам.

«Поскольку Ормузский кризис создал «окно возможностей» для дорогой американской сланцевой нефти, текущий скважинный фонд работает на пределе мощностей. Дальнейшее скачкообразное наращивание технически исключено», - считает эксперт.

Инвестиционная привлекательность сектора сдерживается непредсказуемой средой: инвесторы не имеют гарантий благоприятной регуляторики и устойчивых котировок. Как подчеркивает Павел Марышев, для рентабельности экспортеров оптимальна ценовая полка в $85-90 за барр., удержание которой в стабильных условиях маловероятно.

Дополнительное давление оказывает политика: поддержка Дональда Трампа снизилась до 33%, повышая шансы демократов, чье возвращение грозит усилением зеленой повестки и блокировкой крупных гринфилдов.

При этом сланцевая нефть составляет 75% в структуре американских запасов. Исторически это сдерживало глобальную экспансию, но американские инженеры снизили себестоимость добычи за счет технологических решений и инноваций.

«Ключевыми из них видятся геофизическое моделирование скважин, горизонтально-направленное бурение (ГНБ) и селективный гидравлический разрыв пласта (ГРП). Высокая достоверность исследований первичных геологических изысканий, их интерпретация с привлечением сложных алгоритмов позволяет снизить риски «сухой скважины», – объясняет эксперт. – Далее инженеры исключают необходимость бурения большого количества сопредельных скважин за счет выверенных манипуляций внутрипластовым давлением. Требуется меньше ресурсов для выведения месторождения на целевой объем добычи».

По мнению Никиты Овчинникова, оценка потенциала нефтедобычи требует отказа от линейной логики: страна достигла рекордных объемов, но каждый следующий миллион баррелей обойдется дороже. В этом принципиальное отличие Америки от классических производителей ОПЕК, обладающих резервом свободных мощностей.

В 2025 году добыча в стране составляла 13,6 млн б/с, по прогнозу EIA от 11 августа 2026 года, в текущем году ожидается рост до 13,8 млн, а в 2027-м – до 14,2 млн б/с.

«Но я бы не ожидал ни нового сланцевого супербума, сравнимого с 2010-и годами, ни резкого обвала производства. Наиболее реалистичный сценарий – переход от роста к длительному плато, а затем к постепенному снижению, если этот процесс не будет компенсирован более высокими ценами и технологическими улучшениями», – отметил эксперт.

Ключевая развилка в том, что долгосрочный Annual Energy Outlook 2026 показывает иную картину: при ценах Brent ниже $70 до 2030 года добыча будет снижаться во всех базовых сценариях, и лишь рост Brent выше $75 вернет стимул к восстановлению.

«Именно это я бы назвал главным структурным сценарием. Если крупных новых открытий не будет, отрасль продолжит жить за счет трех факторов – оставшийся инвентарь Пермского бассейна, технологии, цена. Поэтому отсутствие новых гигантских открытий не означает, что «нефть закончится». Скорее будет происходить экономическое истощение наиболее дешевой части ресурсной базы», - сказал аналитик.

Ограничения американской нефтедобычи складываются из нескольких факторов. На первом месте – экономика новых скважин: в первом квартале 2026 года для рентабельного бурения новой скважины WTI должна стоить около $66, тогда как для действующих скважин достаточно $43 в среднем и около $32 у крупных игроков. Это заставляет публичные E&P-компании фокусироваться на свободном денежном потоке, долгах, дивидендах и байбеках (процесс, при котором компания выкупает свои ценные бумаги у акционеров) вместо наращивания бурения.

Вторая проблема – истощение наиболее качественных участков, так называемых sweet spots. С 2020 по 2024 год добыча в США выросла на 1,9 млн б/с, причем 93% прироста обеспечили 10 округов Техаса и Нью-Мексико. Исследования Midland Basin показывают, что уплотнение сетки бурения приводит к тому, что «дочерние» скважины дают на 15-30% меньше нефти, чем «родительские», из-за взаимного влияния и изменения пластового давления.

Третий блок ограничений Никита Овчинников связывает с инфраструктурой. В Пермском бассейне добыча нефти сопровождается попутным газом, который нельзя просто сжигать, а пропускная способность инфраструктуры ограничена до ввода новых мощностей в 2027 году.

Несмотря на это, он считает, что США сохраняют значительный потенциал и в ближайшие годы имеют достаточно ресурсов, чтобы обеспечивать внутренний рынок и наращивать экспорт.

Фото с сайта ТАСС Егора Алеева