Hydro Oil & Energy Russia ждет ответа Газпрома по Штокману

Интервью с президентом Hydro Oil & Energy Russia Бенгтом Ли Хансеном
В середине марта несколько иностранных компаний, среди которых французская Total, норвежские Statoil и Norsk Hydro, подали новые заявки «Газпрому» на участие в проекте разработки Штокмановского газоконденсатного месторождения. О том, в каком качестве готова разрабатывать Российскую Арктику Hydro, а также об освоении Харьяги и новых проектах в России в интервью корреспонденту РБК daily ЕКАТЕРИНЕ ГОЛУБКОВОЙ рассказал президент Hydro Oil & Energy Russia БЕНГТ ЛИ ХАНСЕН.

— Г-н Хансен, недавно вы заменили Петтера Норе на посту президента Hydro-Россия. Означает ли это, что стратегия компании в РФ изменилась?

— Стратегия Hydro не менялась: мы по-прежнему намерены сконцентрировать свою деятельность на проектах на северном шельфе России. Мы продолжим разрабатывать Харьягинское месторождение и будем продолжать активное сотрудничество с «Газпромом» по проекту разработки Штокмановского газоконденсатного месторождения. Конечно, мы хотим участвовать и в других проектах по разработке залежей углеводородов в Российской Арктике.

— У российского правительства есть идея передать разработку Арктики исключительно в ведение госкомпаний — «Газпрома» и «Роснефти». Как вам кажется, смогут ли они справиться без зарубежного участия?

— Мы будем работать в условиях, которые будут или уже созданы в России. Однако мне кажется, что российским компаниям стоило бы сотрудничать с иностранными партнерами в освоении шельфа Северного Ледовитого океана, мы готовы поделиться опытом применения лучших современных технологий, успешного осуществления крупных проектов и сотрудничества с местными властями при разработке нефтегазовых проектов.

— Некоторое время назад Hydro и Statoil по отдельности направили письма «Газпрому» со своими предложениями по Штокману. Когда вы ожидаете ответа?

— В ближайшем будущем.

— В два-три месяца?

— Да, пожалуй, в течение двух-трех месяцев.

— А в каком качестве Hydro хочет участвовать в разработке Штокмана? Согласны ли вы на статус подрядчика?

— Hydro — это нефтегазовая компания, именно в таком качестве мы и намерены инвестировать в проект разработки Штокмана. Мы не согласны быть просто подрядчиками. У Hydro сложились тесные взаимоотношения с «Газпромом», в наш научный центр, на наши предприятия часто приезжают делегации концерна. В частности, в середине апреля у нас была большая делегация (ее возглавлял заместитель начальника департамента по добыче газа, газового конденсата и нефти «Газпрома» Наиль Гафаров. — РБК daily). «Газпром» изучает наш опыт, наши технологии по разработке и ведению офшорных нефтегазовых проектов, которые мы делаем в установленные сроки и в рамках утвержденного бюджета. «Газпрому» интересен и наш опыт в части сотрудничества с властями регионов, где ведутся нефтегазовые проекты.

— В третьем квартале 2007 года произойдет слияние Statoil и Hydro (алюминиевый бизнес останется у Hydro. — РБК daily). В каком качестве Hydro войдет в Штокмановский проект, если соответствующее решение будет принято «Газпромом»?

— Пока что мы работаем как две отдельные компании. Если же положительное решение по Штокману будет принято после третьего квартала, то мы будем участвовать уже как объединенная компания. Я считаю, что так наши позиции будут только сильнее.


— А какое название будет у компании? Ранее упоминалось о Statoil­Hydro…

— У объединенной компании будет новое название, этот вопрос будет решаться ее советом директоров. В течение года оно будет выбрано, и это будет не StatoilHydro. Пока что окончательное решение не принято.

— Hydro в качестве оператора разрабатывает схожий по сложности со Штокманом газовый проект «Ормен Ланге» на шельфе Норвежского моря (Hydro — 18%, Shell — 17%, Petoro — 36%, Statoil — 10%, Esso — 7%, DONG — 10%). Насколько технологии и опыт, применяемый в Норвегии, могут использоваться на шельфе Баренцева моря?

— Наш опыт работы по этому проекту очень актуален для решения сложностей, которые возникают в проектах в Баренцевом море. Во-первых, это подводные установки по добыче газа, установленные на дне моря. Во-вторых, месторождение Ормен-Ланге расположено на расстоянии 120 км от суши, до которой тянется газопровод, транспортирующий необработанный газ на береговые установки. В-третьих, это завод по подготовке газа, расположенный в Нихамна в округе Аукра, — гигантский завод по разделению потока скважинной продукции на газ и конденсат. Неизвестно, какая именно концепция разработки будет применена на Штокмановском месторождении, ведь оно расположено дальше от берега, нежели Ормен-Ланге, и там другая трасса прокладки трубопровода. Так или иначе, я считаю, что все эти проблемы мы способны решить.

— Существует ли вероятность увеличения запасов газа, обнаруженных на Ормен-Ланге, и, соответственно, увеличения мощности газопровода «Лангелед» (соединяет завод в Нихамна с заводом в Изингтоне, Великобритания. — РБК daily)?

— По результатам проведенной нами доразведки, 3D-сейсмики и других исследований, извлекаемые запасы газа равны примерно 400 млрд куб. м. Окончательный объем запасов будет определен в ходе добычи на месторождении.

— Ищет ли Hydro месторождения, схожие с Ормен-Ланге?

— Да, но пока что таких больших месторождений в Норвегии мы не нашли. Схожие есть в России, например Штокман. Те технологии, которые мы использовали в Норвегии, подходят и для России. Hydro постепенно шла от маленьких к более крупным месторождениям и вполне успешно развивала подводные технологии добычи и включение в разработку месторождений, все более удаленных от берега, а также бурение горизонтальных многоствольных скважин. На Ормен-Ланге мы уложились в смету расходов и в установленные сроки (добыча газа на месторождении начнется в октябре 2007 года, стоимость проекта составила 10 млрд долл. — РБК daily).

— Как проходит разработка Харьягинского проекта? Российские власти обвиняют разработчиков (Total — 50%, Hydro — 40%, Ненецкая нефтяная компания — 10%) в постоянно растущей смете расходов, низком уровне добычи, несоблюдении природоохранного законодательства…

— Я недавно был на Харьяге вместе с нашими партнерами по проекту и представителями российских властей, и мы познакомились с ходом разработки и развитием проекта. Последнее время я читал в прессе, что российские компании проявляют интерес к вхождению в проект. Однако пока что никто к нам не обращался и не начинал никаких переговоров по этому вопросу. Мы открыты для обсуждения, но в рамках условий, прописанных в СРП (российская сторона имеет 20-процентный опцион на вхождение в проект. — РБК daily). Смета расходов согласована между инвесторами проекта и Российской Федерацией, никаких проблем и претензий на данном этапе нет (смета расходов на 2007 год утверждена в размере 146,5 млн долл. — РБК daily). Я бы хотел подчеркнуть, что за все переговоры с российскими властями отвечает оператор проекта — Total. В будущем инвестиции в проект будут увеличены, что в свою очередь обозначает увеличение добычи. Однако это потребует предоставления дополнительных квот в трубопроводной системе (квота составляет 1 млн т нефти в год при мощности нефтепровода 12 млн т. — РБК daily).

— У Hydro был проект по строительству алюминиевого завода в Мурманской области, в силе ли он?

— Как концерн, занимающийся энергетикой и алюминием, мы постоянно рассматриваем варианты синергических связей в различных странах мира, включая Россию. Что касается возможности строительства алюминиевого завода в Мурманской области, это будет зависеть от реализации Штокмановского проекта. Если Hydro или Statoil войдут в проект, то можно будет говорить о создании подобных мощностей.

— Интересуют ли Hydro страны — соседи России? Ведь значительные запасы газа есть в Туркмении, других центральноазиатских странах…

— У нас нет планов войти в проекты в Туркмении.

— А в каких странах будет развивать свою деятельность объединенная компания?

— Руководство объединенной компании будет принимать решение, где будет сконцентрирована международная деятельность, основываясь на том, в каких странах работают на сегодняшний день обе компании, включая такие страны, как Ангола, Ливия, Канада, Иран, регион Мексиканского залива и, конечно же, Россия.