Сургутнефтегаз перешел к пенсионерам

Пенсионерам “Сургутнефтегаза” повезло: как стало известно “Ведомостям”, больше трети акций этой нефтяной компании скорее всего оказалось в собственности ее же пенсионного фонда. Владение через фонд — это хороший способ избежать публичности и защитить активы от недружественного поглощения, говорят эксперты.
Напомним, “Сургутнефтегаз” — четвертая по объему добычи нефтяная компания России, в 2006 г. добыла 65,5 млн т нефти. Выручка за девять месяцев 2006 г. — 389,8 млрд руб., чистая прибыль — 74,2 млрд руб., капитализация — $55,04 млрд. Структуру собственности “Сургут” не раскрывает. Согласно отчету компании на 30 сентября 2006 г. 6,9% ее уставного капитала находилось в номинальном держании “ИНГ Банк (Евразия)”, 0,3781% (0,4544% голосующих акций) принадлежало менеджерам. По расчетам Hermitage Capital Management, опубликованным в 2004 г., около 62% акций принадлежало семи “дочкам” “Сургутнефтегаза”.
ООО со странным названием “Лизинг Продакшн” привлекало внимание аналитиков фондового рынка не только потому, что прежнее название этой фирмы — “Нефтяная компания “Сургутнефтегаз”. У этой фирмы должно было остаться 36,77% акций ОАО “Сургутнефтегаз” (42% голосующих акций), нынешняя рыночная стоимость которых составляет $20,22 млрд. Есть ли эти акции у ООО на самом деле, наверняка знают только руководители АО “Сургутнефтегаз”, которому принадлежало 93% долей ООО “Лизинг Продакшн”. Из-за этой закольцованной структуры владения инвесторы считали 36,77% акций “Сургута” казначейскими и даже судились с компанией. А в конце прошлого года АО “Сургутнефтегаз” официально сообщило, что больше не владеет ООО “Лизинг Продакшн”, не раскрыв никаких деталей.
Как стало известно “Ведомостям”, новым владельцем ООО стал негосударственный пенсионный фонд “Сургутнефтегаз”. На днях этот НПФ появился среди учредителей ООО “Лизинг Продакшн” в Едином государственном реестре юридических лиц (ЕГРЮЛ). Размер его вклада — 9,79 млн руб., что соответствует 93% от уставного капитала. Впрочем, точно такую же долю в капитале ЕГРЮЛ оставил и за ОАО “Сургутнефтегаз”, и объяснить это в ФНС (служба ведет реестр) пока не смогли. Пенсионный фонд много лет был акционером “Сургутнефтегаза”: до начала 2003 г. за НПФ значилось 8,1% акций компании (9,6% голосующих акций). Но потом из отчетов “Сургутнефтегаза” исчезла информация обо всех крупных акционерах, кроме “ИНГ Банк (Евразия)”. “Сургутнефтегаз” на запросы “Ведомостей” не ответил. Но если предположить, что конечные владельцы акций не сменились, то пенсионный фонд стал контролирующим акционером “Сургутнефтегаза”.
Пенсионный фонд создан в 1995 г. Его учредители, по данным “СПАРК-Интерфакс”, — АО “Сургутнефтегаз” и две его “дочки”. А осенью того же года НПФ “Сургутнефтегаз” выиграл залоговый аукцион и стал держателем 40% акций Нефтяной компании “Сургутнефтегаз”. Бессменный гендиректор АО “Сургутнефтегаз” Владимир Богданов одновременно возглавлял и этот пенсионный фонд до 2004 г. По данным ФСФР, НПФ “Сургутнефтегаз” насчитывает 15 000 участников, его собственное имущество на 1 октября 2006 г. — 7 млрд руб., пенсионные резервы — 1 млрд руб. Активами НПФ “Сургутнефтегаз” управляет ЗАО “Регион Эссет Менеджмент”. Представитель ИК “Регион” отказался дать “Ведомостям” комментарии по поводу НПФ.
Если конечным владельцем контрольного пакета “Сургута” действительно является НПФ, то можно считать, что закольцованная структура владения “Сургутнефтегазом” формально развернута, говорят эксперты. Дело в том, что НПФ — некоммерческая организация и его учредители не имеют ни прав на имущество фонда, ни долей в нем, говорит управляющий партнер AST Legal Анатолий Юшин. Все имущество фонда принадлежит ему самому, а руководят НПФ менеджеры и совет фонда. Сейчас НПФ “Сургутнефтегаз” возглавляет Владимир Прокофьев, а состав совета фонд не раскрывает. Сам НПФ не значится среди аффилированных лиц АО “Сургутнефтегаз” на 31 декабря 2006 г.
Перекладывание акций “Сургута” в НПФ может быть защитой акционерного капитала, так как эти акции нельзя будет арестовать, говорит исполнительный директор НПФ “Телеком-Союз” Аркадий Недбай. По закону об НПФ имущество фонда — резервы и накопления — не может отчуждаться по долгам фонда, оно не может быть арестовано, продолжает Юшин. Это делается для того, чтобы гарантировать права вкладчиков, но этим пользуются для защиты от недружественных поглощений. В то же время фонд может продать акции, активы, обменять или передать другим лицам, добавляет юрист. Среди плюсов такой схемы Недбай называет отсутствие “персонификации” владения акциями. Кроме того, теоретически устав НПФ может позволить нынешним менеджерам “Сургута” сохранить управление его бумагами даже в случае, если они перестанут руководить самой компанией, считает Юшин.