Газозависимость: Россия привязала себя к европейскому рынку

Устами сначала главы "Газпрома" Алексея Миллера, а затем и президента Путина Кремль объявил о серьезных изменениях в своей энергетической стратегии. Отказ от допуска иностранных партнеров к совместной разработке Штокмановского месторождения дополнен решением о том, что будущий газ со Штокмана пойдет по Северо-Европейскому газопроводу в Европу. Это означает, что Кремль не только принял принципиальное решение о недопуске иностранных компаний к разработке российских недр, но и то, что диверсификация поставок газа, о которой так долго говорили в "Газпроме", откладывается.
Решение это стало результатом серьезного охлаждения в отношениях России и США, а также невыполнения ультиматума, выдвинутого Кремлем по Штокману. "Газпром" хотел получить в обмен на участие в его разработке долю в активах предполагаемых партнеров. Ультиматум, слов нет, вещь эффектная. Однако последствия его могут иметь слишком серьезные последствия для "Газпрома" и для России в целом.
От выхода на рынок США решено отказаться, завод по производству сжиженного природного газа (СПГ) не будет построен – по крайней мере, в рамках первой очереди освоения Штокмана. Строительство завода по производству СПГ на Сахалине, который должен был вступить в строй в 2008 году и начать снабжать рынки Азии, под угрозой из-за скандала вокруг проекта "Сахалин-2". Перспективы строительства еще одного аналогичного, но значительно меньшего завода в Усть-Луге, по словам руководителя Центра по изучению мировых энергетических рынков РАН Татьяны Митровой, также не определены. Между тем три этих проекта давали основания полагать, что наша страна будет играть весьма важную роль на рынке СПГ. Так, американский Университет Райса прогнозировал, что к 2020 году Россия может занять до 22% этого рынка. Теперь эти прогнозы придется корректировать.
Как и 30-40 лет назад, Россия делает ставку на газопроводы. Однако уже сегодня около 25% газа продается на международных рынках в жидком виде, и эта доля постоянно увеличивается. Рынок газа в целом растет на 2-3% в год, а рынок СПГ – на 7-8%. По прогнозу Международного энергетического агентства (МЭА), его доля в ближайшие 20-25 лет превысит 50%. Принципиальное отличие рынка СПГ в том, что он не привязывает покупателя к продавцу, дает возможность диверсифицировать поставки, а также закупать и продавать газ тогда, когда это необходимо – так, как сейчас покупают нефть. Спотовый рынок, построенный на кратковременных контрактах, является главной отличительной особенностью СПГ.
Спрос на СПГ сейчас очень велик. По данным CERA, все контракты на покупку СПГ расписаны до 2010 года. Это не значит, что новый покупатель не сможет до этого момента приобрести газ – просто ему придется перекупать его по более высокой цене. Высокая стоимость СПГ обеспечивает колоссальный приток инвестиций – по данным МЭА, их общий объем в строящиеся терминалы СПГ должен составить около $100 млрд, а в трубопроводы – лишь около $20 млрд.
Россия уклонилась от этого потока инвестиций и затормозила развитие технологий СПГ в тот самый момент, когда все очевиднее становится недостаток собственных инвестиционных средств у "Газпрома". Объяснить это с экономической точки зрения трудно. Сейчас инвестируют в рынок СПГ преимущественно американцы и европейцы, обеспокоенные сокращением добычи на собственных месторождениях и желающие диверсификации поставок. Согласно прогнозу МЭА, если сейчас львиная доля СПГ приходится на Азию, то в ближайшие 20 лет Северная Америка по этому параметру ее догонит, а Европа даже обгонит. То есть в то время как российское руководство сделало ставку на традиционный трубопроводный транспорт и долгосрочные контракты с традиционным партнером ЕС, этот партнер поставил на совсем другой рынок, где Россия пока не представлена.
Самый быстрорастущий сейчас (из-за резкого снижения собственной добычи) рынок СПГ – американский – тоже осваивается без России. "Сейчас рынок США безусловно очень выгоден,– говорит Татьяна Митрова.– Но в США стремятся слишком многие, и нынешний дефицит газа может исчезнуть в 2010-2016 годах, а значит, цены снизятся". Однако снизится и себестоимость СПГ (а значит, еще больше возрастет и его предложение). По расчетам МЭА, в 1990-х годах она составляла $700 за тонну, а к 2010 дойдет до $400.
Но главное даже не в этом. А в том, что по мере увеличения доли СПГ в газовой торговле рынок газа в Европе все меньше будет "рынком продавца" благодаря диверсификации поставок и переходу на краткосрочные контракты. И тогда Россия, опутывающая сегодня Европу газопроводами, станет зависимой от этих газопроводов и европейских покупателей газа даже в большей степени, чем Европа сегодня зависит от России.