Максим Гродзь: «Безопасность в нефтегазе начинается не с каски»

Тюмень. Представьте себе, что ваше рабочее место находится там, где восемь месяцев в году лежит снег, и до Полярного круга каких-то 240 км – меньше, чем от Москвы до Ярославля. Чтобы попасть туда, сначала летишь на самолете, потом пару часов вертолетом. Буквально край земли – самое северное на суше нефтяное месторождение России – Восточно-Мессояхское. Здесь разрабатывают сложные арктические запасы нефти и газа. Влиять на суровый климат Крайнего Севера человеку не под силу, а вот создать комфортные и безопасные условия работы вахтовой команды, взять под контроль риски – задача, как оказалось, вполне реальная. Директор по производственной безопасности «Мессояханефтегаза» Максим Гродзь рассказал о том, как решают ее нефтяники Восточно-Мессояхского нефтепромысла.

Максим Александрович, диктует ли Крайний север какие-то особые подходы к вопросам безопасности труда?

– География здесь важный, но не определяющий фактор. Мне кажется, безопасность на производстве начинается не с каски, а с удобной подушки, качественного ночного отдыха и в целом физического комфорта человека. Современная спецодежда, горячий душ или баня, уютное общежитие, вкусная горячая еда, современная среда для отдыха и спорта имеют решающее значение. Особенно, когда речь идет о вахтовом методе труда, как в «Мессояхе». Если человек работает в сложных природно-климатических условиях и не имеет возможности полноценно отдохнуть, ни один инструктаж не гарантирует его безопасности. В общем, как в пирамиде Маслоу: есть база, без которой конструкция не будет устойчива. И вот на этом фундаменте можно уже строить комплексные программы обеспечения безопасного производства, наращивать технологии, пилотировать инновационные проекты. В вахтовом комплексе «Мессояхи» одна только спортивная зона занимает больше тысячи квадратов, в меню столовой – больше ста позиций, есть комфортные и функциональные пространства для работы и отдыха. Так что фундамент создан надежный. Дальше уже вступают в силу другие принципы, формирующие каркас культуры безопасности. 

А что в основе этой культуры?

– В основе – человек, который выбрал быть лидером. Это не обязательно руководитель или специалист службы производственной безопасности. Сварщик, который делает идеальные швы на трубопроводах; технолог, который по данным телеметрии спрогнозировал отклонения по скважине, сотрудник, остановивший небезопасные работы, – такие люди задают стандарт профессии и ориентир для команды. В том, что и как они делают, много уважения к профессии, к людям и к тому месту, где они работают. Чем больше в команде лидеров, тем выше уровень производственной культуры. Кроме того, на Мессояхе каждый вахтовик знает, что может остановить любые работы, если они ведутся небезопасно. Это тоже лидерство. Компания поощряет такие инициативы и мотивирует людей, которые правильно расставляют приоритеты: сначала – безопасность, потом – бизнес-результат.

Сегодня все производственные объекты Восточно-Мессояхского нефтепромысла оснащены системами видеоаналитики и цифрового мониторинга. Какую роль они выполняют?

– Цифра цементирует существующие барьеры безопасности, и сама выступает таким барьером. Достигается этот эффект за счет двух ключевых функций видеоаналитики. Первый – фиксация, возможность собирать и анализировать большие данные, определять узкие места системы, проводить работу над ошибками и в дальнейшем прогнозировать риски. Второй – возможность немедленного реагирования на опасность. Мы имеем дело не просто с видеокамерами, а с умными помощниками, которые автоматически определяют риски в зависимости от разворачивающегося сценария. Неполный комплект средств индивидуальной защиты, небезопасное поведение, ошибки в эксплуатации оборудования, аварийная ситуация – обученная система отреагирует на отклонения мгновенно и даст сигнал к остановке работ. Кстати, эти системы мы обучаем сами – пишем сценарии, задаем алгоритмы на основе существующей архитектуры процессов. Так что наши цифровые помощники настроены именно на мессояхские особенности и условия.

Эффект от внедрения «цифры» в безопасность можно измерить?

– Один из самых заметных эффектов мы получили на транспорте: нулевой коэффициент аварийности за последние два года. Внутрикабинная видеоаналитика фиксирует, например, потерю бдительности внимания водителя, непристегнутый ремень или разговор по мобильному во время движения. В случае нарушений водитель слышит звуковой сигнал и корректирует действия. На площадках добычи и бурения принцип работы ИТ-систем схожий – фиксация и предупреждение, но здесь добавляется еще один эффект – минимизация нахождения человека на производственных площадках. Мы сократили выезды специалистов для стандартных проверок оборудования в семь раз, а объем ручных операций – на треть. Хорошие результаты получаем сейчас от внедрения видеоконтроля в полный цикл работ повышенной опасности: человеческие ошибки в этой категории особенно критичны, а угрозы аварий или травматизма максимально высоки. Благодаря видеомониторингу мы буквально разложили на атомы все этапы работ высокого риска от планирования до завершения и получили возможность корректировать ошибки до того, как они приведут к нежелательным последствиям. По факту на Мессояхе с каждым годом остается все меньше слепых зон, где отсутствие контроля создавало бы пространство для развития критических ситуаций – на транспорте, в строительстве, на объектах добычи и бурения умные системы выполняют роль подушки безопасности.

Какие традиционные инструменты безопасности остаются в арсенале предприятия?

– Один из самых важных инструментов развития культуры безопасности и одна из самых сильных сторон «Мессояхи» – обучение. С учетом арктической автономии мы организовали обучение сотрудников промысла и коллег из предприятий-партнеров непосредственно на нефтепромысле. Работаем не только по плану, но и по прямому запросу от вахтовой команды «Мессояхи». Пользуемся курсами и программами корпоративного университета «Газпром нефти», используем собственные наработки. Учебный класс у нас загружен семь дней в неделю, программы разработаны под наши требования и особенности, обучение идет практически нон-стоп. Главная задача современных тренингов и инструктажей – уйти от автоматизма, сформировать у человека устойчивые нейронные связи между рабочими целями и их безопасным достижением.

Страхует ли такой осознанный подход от случайностей?

– За долгие годы работы в направлении производственной безопасности я пришел к выводу, что ни один несчастный случай не бывает случаен. В основе любого инцидента – всегда комплекс конкретных причин. Иногда он начинается с попытки обойти систему, выполнить задачу быстрее вопреки требованиям безопасности. Но чаще всего люди склонны называть случайностью обычное пренебрежение так называемыми «мелочами». Ну вот  простой пример. Человек в гололед вышел из дома в скользкой обуви. Городские службы вовремя не присыпали дорогу реагентами. Человек пытается перебежать проезжую часть на мигающий зеленый, поскальзывается и попадает под колеса машины, водитель которой в этот момент отвлекся на телефон. Казалось бы, набор случайностей. Но если б в этой цепочке хоть один участник сделал то, что должен, трагедии не случилось. В риск-ориентированном подходе, который применяет «Мессояха», есть концепция модели швейцарского сыра. Метафора простая. На пути угрозы или опасности всегда установлено несколько слоев защиты – условные «ломтики сыра». В каждом слое есть свои уязвимости – «дыры». Если они совпадут, угроза свободно пройдет сквозь барьеры, случится авария. Наша задача – создать такие уровни защиты, чтобы слабости системы и человеческий фактор никогда не совпали. Это лучшая страховка от так называемых случайностей.

Фото: Сергей Полюхов, Стоян Васев.