Отвязный НДПИ

Цены на бензин в этом году пока отличаются удивительным миролюбием. В январе-феврале 2006 года высокооктановый бензин подорожал в среднем на 1-2%. А это вдвое ниже среднего уровня инфляции (почти 4% за два месяца). Правда, есть исключения.
В пятницу в Совете Федерации первый зампред комитета по промышленной политике Сергей Шатиров заявил, что в Сибири за это время розничные цены на низкооктановый бензин выросли на 21%, а на дизтопливо - на 10%. Министр экономического развития и торговли Герман Греф в четверг на заседании правительства также признал, что оптовые цены на дизтопливо в целом по стране выросли на 5-6%, что неизбежно потянет за собой и розничный рост.
Обеспокоенные сенаторы предложили испытанный рецепт - вернуть административное регулирование цен на ГСМ. Кроме того, члены СФ потребовали отвязать ставку НДПИ от мировых цен на нефть, а также ужесточить наказания нефтяникам за картельные сговоры.
В правительстве эти требования посчитали сверхрадикальными и при этом совершенно неэффективными. О чем сенаторам поспешил сообщить уже в прошедшую пятницу заместитель Германа Грефа Кирилл Андросов.
Напомним, он давно разрабатывает меры по сдерживанию цен на ГСМ - по крайней мере, с осени прошлого года. МЭРТ, например, выступает за то, чтобы дифференцировать ставки НДПИ в зависимости от условий добычи нефти. В частности, в законопроекте, который сегодня, по словам Андросова, должен быть передан в правительство, предлагается объявить 7-летние налоговые каникулы для нефтеразработок в Восточной Сибири. Отвязывать же ставку НДПИ от мировых нефтецен в МЭРТ отказываются. Там подсчитали, что в конечной цене бензина доля НДПИ не превышает 7%, поэтому выигрыш от любого снижения этого налога, по мнению Кирилла Андросова, близок к нулю.
Кроме того, МЭРТ отстаивает идеи об отказе в этом году от 11% индексации акциза на бензин, о создании нефтебирж и о ликвидации импортных пошлин на нефтеперерабатывающее оборудование. Речь также идет о возможности бензиновых интервенций Росрезерва и повышении штрафов за нарушение антимонопольного законодательства.
В общем, в МЭРТе все уже продумали, и члены СФ зря беспокоятся. Сенаторы, впрочем, подчиненным Грефа не верят и грозят обращениями к президенту. Однако цены на бензин приказам президента не подчиняются. Рыночные меры МЭРТ также весьма ограничены, по мнению независимых экспертов. Тем не менее способ кардинального влияния на цены есть и давно уже опробован.
С октября по декабрь прошлого года цены на ГСМ практически стояли. Официально утверждалось, что все дело в сговоре министра промышленности и энергетики Виктора Христенко с нефтяниками. Но последние вряд ли пошли бы на добровольное ограничение цен при всей опасности повторения "дела ЮКОСа", если бы не просчитали заранее, что цены и так бы встали. Почему? Все очень просто - с 1 октября 2005 года экспортная пошлина на нефть достигла тогдашнего исторического максимума - 179,8 доллара за тонну. И этого оказалось вполне достаточным для того, чтобы переработка нефти стала выгоднее ее экспорта. А это неизбежно приводит к усилению конкуренции. Заслуги правительства в этом никакой нет. Формула пошлины зависит от мировых цен. Некоторое ухудшение мировой конъюнктуры в конце года привело к снижению нефтепошлины в январе-феврале. Результат - небольшое пока повышение цен на ГСМ. Но с 1 марта установлен новый рекорд - 186,4 доллара с тонны. Значит, можно ожидать, несмотря на посевную, замедления роста бензиновых цен. Таким образом, цена на ГСМ зависит не от сенаторов, не от дифференциации НДПИ, а исключительно от мировых цен на нефть. С одной стороны, бензиновые цены на внутреннем рынке не могут не расти вслед за мировыми котировками, но у правительства давно уже есть испытанный рычаг - экспортная пошлина на нефть.