Йеменский танкер превратился в экологическую бомбу замедленного действия

Нефтяной танкер Safer, оставленный без обслуживания четыре года назад к северу от йеменского города Ходейда и имеющий более 1 млн баррелей нефти внутри, может взорваться в любой момент. К такому выводу пришли аналитики Атлантического совета, исследовавшие проблему и опубликовавшие в конце июля 2019 года свой доклад по теме. «Известия» разбирались, чем грозит миру возможная катастрофа.

Танкер Safer, построенный в Японии в 1976 году по заказу некогда главной нефтяной компании Йемена, носящей то же название, что и судно, до 2015 года использовался по назначению. В его 34 резервуара заливали нефть (до 1,1 млн баррелей, под завязку) и развозили ее по странам и континентам. Но четыре года назад в Йемене вспыхнула гражданская война. Судно поставили на прикол в 4,2 мили от берега, превратив в плавучую базу для хранения и погрузки нефти (floating storage and offloading facility — FSO). С берега на борт протянули трубу, по которой за сутки можно закачать в судовые резервуары до 200 тыс. баррелей черного золота.

С чего всё началось

Танкер превратился в плавучую бомбу, оказавшись под перекрестным огнем гражданской войны в Йемене. Заброшенное и ветшающее судно, простоявшее уже более четырех лет без технического обслуживания, грозит экологической катастрофой в масштабах, до сих пор не известных в Красном море.

В танках корабля находится нефти в четыре раза больше, чем имел танкер Exxon Valdes, потерпевший аварию у берегов Аляски 23 марта 1989 года. Вылившиеся тогда в океан 260 тыс. баррелей нефти покрыли огромную акваторию, примыкающую к проливу Принца Вильгельма — 28 тыс. кв. км. Было загрязнено 2 тыс. км береговой линии. Эта экологическая катастрофа считалась крупнейшей на море вплоть до аварии буровой установки Deepwater Horizon в Мексиканском заливе 20 апреля 2010 года.

 «Если танкер разломится, даст течь или взорвется, будет загрязнено всё побережье Красного моря. В зависимости от времени года и морских течений нефтяное пятно может протянуться от Баб-эль-Мандебского пролива до Суэцкого канала и, возможно, распространится даже до Ормузского пролива, — заявил Совету Безопасности Марк Лоукок, координатор ООН по гуманитарным вопросам. — Я даже не рискну оценивать в цифрах тот ущерб, который может принести взрыв или разрушение Safer. Пусть в ООН это подсчитают сами».

Шиитская повстанческая группа хуситов считает судно своим военным трофеем и до сих пор отказывалась разрешить инспекцию делегации экспертов ООН. Груз оценивается примерно в €70 млн.

Чем это может кончиться

Разлив нефти может иметь далеко идущие и крайне разрушительные последствия. Загрязнение опреснительных установок лишит десятки миллионов людей — некоторые из них уже находятся на грани голода — доступа к чистой питьевой воде. Разрушатся морские экосистемы, служащие сегодня ключом к спасению кораллов, защищающих моря остального мира от потепления. Временное закрытие морских путей Красного моря нанесет ощутимый удар по мировой экономике. Ситуация спровоцирует в регионе новый вооруженный конфликт по причине борьбы за предметы первой необходимости для обеспечения человеческой жизни.

Разливы нефти в море представляют собой сложные явления; даже при самом углубленном и детализированном компьютерном моделировании невозможно точно предсказать, как будет происходить катастрофа. Не только течения, ветры, погода, но и множество других внешних переменных оказывают влияние на ситуацию. А состав самой нефти и характер источника разлива играют в этом случае решающую роль. Любой эпизод с разливом нефти — ЧП. А уж если речь идет об объемах порядка миллиона баррелей — иначе, как глобальной катастрофой, не назвать. В качестве примера, пишет испанская El Mundo, можно вспомнить случай, когда силы Садама Хуссейна выпустили около 1,2 млн баррелей нефти в Персидский залив во время первой войны в Заливе. Образовавшееся нефтяное пятно имело глубину около 10 см и покрыло более 10 тыс. кв. км морской поверхности.

Обходные маневры

Разлив нефти такого масштаба в Красном море немедленно окажет влияние на мировую экономику. По словам упоминавшегося выше Лоукока, морской транзит через Красное море составляет примерно 5,5 млн баррелей нефти в день и на его долю приходится 8–10% мировой торговли. Блокировка этого пути заставит все корабли, курсирующие из Азии в Европу, идти не через Суэц, а огибая Африку.

Дополнительные тысячи километров путешествия, затраты времени, топлива и прочие издержки точно подсчитывать сейчас нет смысла. Достаточно сказать, что они будут огромны. Цены на сырьевые товары, особенно на нефть, прогнозируют эксперты Атлантического совета, начнут резко расти. Понимание более широкого спектра последствий требует тщательного изучения местных условий.

Красное море — по сути, полузакрытая прибрежная большая лагуна с единственным (естественным) узким выходом — Баб-эль-Мандебским проливом в Аденский залив. По словам Вивиан Менезес, исследователя из Океанографического института в Вудс-Хоуле (WHOI), в Красном море существует значительная турбулентность, но также и две сезонные модели с точки зрения течений. Зимой доминирующий поток стремится на север, в сторону залива Акаба. Нефтяное пятно гарантированно достигнет острова Камаран, восточное пограничное течение может потенциально переместить большую часть разлива вдоль побережья Саудовской Аравии, а локальные течения могут при определенном стечении обстоятельств доставить черное золото практически до входа в Суэцкий канал. Летом доминируют течения в южном направлении, поэтому загрязняющее пятно вода может растащить от Баб-эль-Мандеба по всему Аденскому заливу.

Плохо будет всем

Разлив нефти нанесет сокрушительный удар, по крайней мере, по некоторым коралловым рифам Красного моря. Эти рифы не только представляют собой ценные системы удивительного биоразнообразия и красоты. По словам профессора Маоза Файна из Университета Бар-Илан в Рамат-Гане (Израиль), эти рифы — запас ресурсов для будущих поколений. Профессор Ове Хог-Гульдберг, директор Института глобальных изменений при Университете Квинсленда и один из ведущих мировых авторитетов в области кораллов, подчеркивает, что «коралловые рифы чрезвычайно чувствительны к нефти, об этом свидетельствовало их поведение после войны в Персидском заливе. Разлив нефти в этом регионе будет иметь разрушительные последствия для кораллов внутри полузакрытых вод Красного моря». По мнению Файна, эти экосистемы могут быть последним барьером на пути к глобальному изменению климата.

Кроме всего прочего, разлив нефти вдоль берегов Йемена, Омана, Сомали поставит крест (если не окончательно, то по меньшей мере на продолжительное время) на рыболовстве и прочих видах прибрежной деятельности населения, которое и без того уже на грани выживания. Вряд ли эти люди будут искать какой-то сложный выход из ситуации (да еще и без поддержки остального мира). Взяться за оружие и пиратствовать — напрашивающиеся и самые доступные варианты «корректировки ситуации».

«Спичка уже зажжена»

 «Самая большая проблема — воздух в резервуаре. Нефть постепенно оседает, на поверхности остаются соединения, которые со временем, подвергаясь воздействию воздуха, окисляются. Идут химические процессы, в результате которых выделяется тепло. Есть основания ожидать, что однажды произойдет самовозгорание — точно так же, как самовоспламеняются пропитанные маслом тряпки в помещении с плохой вентиляцией», — говорится в подробном отчете Атлантического совета.

Чтобы воспламенения не произошло, в резервуарах содержание кислорода должно поддерживаться на уровне ниже 11%. «При превышении этого порога танк становится легковоспламеняющимся и может стать гигантской бомбой. Четыре года без технического обслуживания — о какой безопасности корабля можно говорить? Спичка уже подожжена и вот-вот воспламенит фитиль бомбы», — пишут аналитики.

В начале 2019 года один из резервуаров оказался настолько поражен коррозией, что отвалился от судна. К счастью, он не упал на подводную часть трубопровода, подведенного к FSO. Пробоина в трубе позволила бы выплеснуться в море примерно 200 тыс. баррелей нефти. Сомнительно, что так будет везти и с остальными танками. Не исключен и антропогенный триггер: кому-то во враждующих сторонах легко может прийти в голову мысль использовать нефтебомбу в борьбе с противником и подыскать снаряд, способный пробить проржавевший бак. Хотя бы один — дальше он уже своим огнем «поделится» с соседями.

Как избежать катастрофы? Наиболее простым способом является выкуп. Просто заплатить признанному ООН правительству Йемена те самые €70 млн, в которые оценивается содержимое Safer сегодня. Но здесь — проблема. Не столько в деньгах, сколько в их получателях: судно находится в руках ополченцев-хуситов, а с ними в переговоры аналитики Atlantic Council вступать не предлагают, поскольку «нельзя идти на поводу у шантажистов, террористов и т.п.». «Согласованное мировое давление на Йемен — это даже не один из вариантов, а единственная возможность добиться позитивного результата и спасения мира от очередной глобальной катастрофы. Возможность, переросшая в необходимость. Вопрос, достойный рассмотрения на Совете Безопасности ООН», — подчеркивается в докладе.