Ирина Вахрушева: Я рада, что выбрала профессию геолога

Тюмень. Ирина Вахрушева никогда не сомневалась в выборе своей профессии: геолог – звучит гордо и почетно. Но не только престиж профессии привлек любознательную школьницу из маленького ингушетского города Малгобек к делу всей ее жизни – поиску «черного золота» в Западной Сибири. Желание познавать науку, новые территории, развиваться и, главное, любить свою профессию – стали залогом успеха нынешнего директора центра исследований керна ООО «ТННЦ» Ирины Вахрушевой. Работе в нефтяной отрасли она отдала 30 лет. За это время ее успехи отмечены на разных уровнях: Ирина Александровна отмечена одной из престижнейших наград – званием «Почетного нефтяника». Она награжден грамотами Министерства топлива, энергетики и связи Удмуртской Республики и почетной грамотой Министерства энергетики Российской Федерации, неоднократно награждалась грамотами предприятия. В преддверии 15-летия ТННЦ, Ирина Александровна вспомнила о том, как началась ее карьера геолога, рассказала об образе современного ученого и динамике развития Центра.

- Ирина Александровна, специальность рудного геолога, которую Вы получили в институте, сложно назвать женской. Почему выбор пал именно на горнометаллургический вуз и нефтяное направление?
- Отношение к нефтегазовой отрасли у меня особенное. Родители, бабушка и оба дедушки были нефтяниками. Папа начинал помощником бурильщика, а завершил свою карьеру буровым мастером. В настоящее время его уже нет. Мама проработала топографом, отмечала для буровиков места бурения газонефтяных скважин. В детстве мы видели, как родители работают и не понаслышке знали об этой сфере. Честно говоря, они хотели, чтобы я пошла по другой стезе – стала строителем или электронщиком. Тогда эти специальности были очень популярными. Но я всегда чувствовала, что заниматься поисками нефти, золота, серебра – это очень интересно и поскольку к нам в школу часто приезжали с профориентационными лекциями из Северокавказского ордена дружбы народов горнометаллургического института, по окончанию 10 класса я пошла учиться именно туда.

- В советское время большое внимание уделялось пропаганде, в том числе, профориентационной. Были ли лично у Вас примеры для подражания среди нефтяников, геологов?
- Кумиров или примеров для подражания как таковых не было. Мне нравилась романтика этой профессии. У известного в нашей стране геолога Валерия Градецкого написано много композиций, послушав которые, возникает огромное желание окунуться в эту особенную атмосферу и спеть пару песен под гитару, сидя у костра.
Примерами в плане отношения к работе для меня всегда были родители, потому что они по-настоящему любили и чтили свои профессии.

- С чего началась Ваша трудовая деятельность?
- Первые шаги именно в профессии я сделала на третьем курсе института. С мая по октябрь я находилась в приморской тайге. Это была первая практика и именно тогда я осознала, что романтика заканчивается там, где начинается работа. Поняла, что значит - работать в геологии.

- Чем именно Вам пришлось заняться?
- Фактически работали обычными геологами. Каждый день проходили по 5-6 километров и отбирали донные пробы. С нами шли шлифовальщики, промывальщики. Наверное, если бы наша работа заключалась лишь в отборе проб, то интерес к ней мог бы и пропасть. Но каждую субботу и воскресенье мы рисовали чертежи и отмечали места проб. У нас была химлаборатория, результаты, полученные в ней мы наносили на карты. Мы узнавали места скопления минералов, и именно благодаря этому мне стало еще интереснее учиться. При настоящей работе романтики стало меньше, но интереса к профессии не убавилось.

- А с каким профессиональным багажом Вы приехали в Тюмень?
- У меня богатый жизненный опыт. Я работала в Приморье, в Киргизской ССР. Для Киргизии мы с коллегами открыли два месторождения золота. То есть несколько лет я была рудным геологом, занималась поисками месторождений драгоценных металлов. А карьеру нефтяного геолога начала в управлении буровых работ Объединения «Удмуртнефть». В мае 2006 года я приехала в Тюмень. С этого времени я работаю в Тюменском нефтяном научном центре.

- За последние десятилетия геология активно шагнула вперед, появились новые успешные технологии, например, 3D моделирование. Если говорить в целом, как за годы вашей работы изменилась эта наука?
- Изменились инструменты, которые помогают геологу более быстро и на другом качественном уровне демонстрировать свои достижения, а не наука. Программное обеспечение, компьютеризация, технологические возможности – все это, безусловно, возвело науку на новый уровень. Но я бы не сказала, что от этого работать в геологии стало проще. Раньше мы рисовали запасы руками на кальке, обводили тушью, сейчас такого нет. Но геология стала сложнее, ведь крупных месторождений становится все меньше и меньше. При этом прогнозирование мелких месторождений и знания о коллекторе, об условиях осадконакопления - усложняются. Сегодня геолог должен обладать гораздо большими знаниями, чем раньше, чтобы спрогнозировать места, где искать эти «непростые» месторождения.

- Ирина Александровна, опишите образ современного ученого-геолога?
- Современный ученый Центра исследований керна должен продумывать конечный итог своего исследования и создать для реализации задуманного целую цепочку технологий. Он должен быть открытым, коммуникабельным (общаться с коллегами из других институтов, центров), любознательным и находиться в постоянном поиске. Сейчас мы изучаем те породы, где не работают старые методики, соответственно, чтобы двигаться вперед в исследованиях, нужно шагать в ногу со временем, быть в курсе последних нововведений. Необходимо постоянно учиться, потому что человек, который говорит, что он все знает – это не ученый.

- Вы трудитесь в ТННЦ с 2006 года, какую динамику в развитии Центра Вы можете отметить?
- За это время поменялся не только сам центр, но и вся страна. Радует, что центр развивается: появляются новые проекты, регионы, задачи. За это время в ТННЦ сложился хороший тандем между опытными сотрудниками и молодежью, которая делает первые шаги в профессии. Такая школа и обмен опытом очень полезны для всей работы центра. ТННЦ развивается поступательно, отвечая требованиям и веяниям времени.

- Какие прорывные технологии, открытия центра повлияли на развитие нефтегазовой отрасли юга Тюменской области?
- Если говорить об Уватской группе месторождений, то они имеют очень сложное строение коллекторов и поэтому считаются трудными в разработке по отношению к обычным пластам. Те методы изучения коллекторов и технологии построения моделей, которые на сегодняшний день может предложить ТННЦ позволили центру совместно с ООО «РН-Уватнефтегаз» создать команду, которая отрабатывала все мельчайшие подробности, чтобы разработка месторождений шла хорошо.

- К сожалению, примерно с начала 90-х годов и до сегодняшнего дня геология и наука в целом – не считались приоритетными направлениями для власти: из-за отсутствия полноценного финансирования и внимания к ним, быть ученым, да еще и геологом школьники не хотят. Как вы считаете, что может вернуть бывалый престиж этим профессиям или, возможно, уже ситуация меняется?
- Я прошла 90-е годы и не ушла из отрасли. Тогда мы сидели в частично оплачиваемых отпусках или вообще без оплаты. Но мы продолжали работать. Жаль, что именно в то время ушло очень много хороших геологов. Но сейчас, то, что было утеряно в 90-е годы - стало постепенно возрождаться. В 2000-е интерес к профессии вновь стал расти. Особенно это было заметно в период высоких цен на нефть, ведь зарплата очень важна, особенно для молодых специалистов.

- Дело только в зарплате?
- Я думаю, что не только. Примерно с 2005 года профессию геолога опять стали хорошо рекламировать. О ней стали рассказывать в школах. Вновь начали появляться геологические кружки, ассоциации. У детей закладывается интерес со школьной скамьи. А ведь именно этот сегмент – профориентацию - мы потеряли в 90-х.

- Если не геологом, то кем Вы бы могли стать?
- Я никогда не сомневалась в своем выборе. Я всегда работала с удовольствием и понимала, что выбрала самую подходящую для меня профессию.

- Что Вы пожелаете ТННЦ в год его 15-летия?
- Я желаю не останавливаться на достигнутом, развиваться в том же темпе, что и все эти 15 лет. У нас хорошо развита подземная разработка, поэтому считаю полезным развить еще одно направление – это обустройство месторождений. В ТННЦ прекрасная балансовая составляющая опыта и молодости, хотелось бы ее сохранить.
Я уверена, мы как были одним из ведущих центров страны, так и останемся в числе лучших еще, как минимум, на 15 лет.