Уватские ханты: тайга, как дом родной

Как живут ханты на тюменском севере? Далеко ли они от цивилизации, чтят ли традиции? Добраться до стойбищ коренных малочисленных народов, чтобы узнать об их жизни летом можно только вертолетом, а зимой по зимникам. Ответы на эти вопросы вы найдете в материале корреспондента Агентства нефтегазовой информации.

Деревню Тямка Уватского района не найти ни на одной географической карте. Оно и понятно, там живут только две семьи, и те родственные.

Все стойбище – два дома семей Усановых, которые живут на одном месте не одно поколение, и съезжать с обжитых мест не планируют. Научились уватские ханты жить по-соседски и с нефтяниками. Неподалеку разработку ведет предприятие «РН-Уватнефтегаз», ее сотрудники нет-нет, да заезжают в гости к коренным жителям. Справляются о нуждах, по возможности оказывают помощь, а иногда просто привозят подарки.

Спрашиваю  у одной из трех сестер в семье, лучше ли стало жить с приходом на их землю нефтяников. Татьяна, застенчиво улыбаясь, ответила, что и без них жили, но сейчас есть помощь, особенно с бензином. Раньше до ближайшего населенного пункта от стойбища жители Тямки добирались в основном на лодке, топливо было в большом дефиците. С приходом нефтяников появился бензин, а значит стал доступен и снегоход, и с обеспечением электричеством стало проще.

Татьяна за свою жизнь бывала и в Тюмени, и в Ханты-Мансийске, говорит, что понравилось, но вот жить бы там не осталась, потому что «дома лучше».

Коренные жители живут тем, что добудут сами. Охотой занимаются круглый год, ходят на соболя и лося, рыбачат на щуку, карася, карпа. Собирают ягоды и грибы, сами пекут хлеб в хантыйской глинобитной печи - нянь кер, который хранят в ледняках даже летом.

Стойбище небольшое, но ухоженное. Трава скошена, в клумбах цветы, везде чистота, порядок и простор, который ощущаешь только, если находишься где-то далеко-далеко от повседневной цивилизации. И виды открываются не хуже, чем в детских сказках: направо пойдешь – в лес попадешь, налево повернешься – в реку упрешься. И действительно, до ближайшего населенного пункта из Тямки надо проплыть 60 километров на  лодке летом или проехать зимой на буране. Вокруг болота и лес. Но для хантов все это – вековые деревья, непроходимые болота, река – тоже дом.

«А не страшно в лесу? Медведь же может зайти», - спрашиваю у Татьяны.

«Медведь не заходит, собаки у нас», - кратко отвечает девушка, удивляясь такому вопросу.

И действительно в хозяйстве почти нет домашнего скота: из живности в стойбище с десяток овец и куры. Зато есть девять огромных псов. Собаки верные помощники на охоте и в охране, но не от людей, а от медведей. Лай собак отпугивает зверя и не дает ему приблизиться к жилью.

Но если медведя можно отпугнуть собаками, то от грызунов и других лесных гостей так просто не  избавиться, поэтому все стратегические запасы продуктов (крупа, сахар, соль) хранятся в лабазах - сооружениях на деревянных сваях, на значительной высоте от земли. 

Расточительно относится к продуктам в семье Усановых непозволительная роскошь, ведь каждый день в магазин за продуктами не походишь. Хотя для хантов 60 километров расстояние привычное и большим не считается.

Так, глава семейства Григорий, привез себе жену за 300 километров от родного дома, из другого стойбища. Людмила, девушка милая и разговорчивая, рассказала, что до седьмого класса даже училась в школе-интернате в Демьянке, но потом в семье было решено забрать дочь из школы. Людмила совсем не жалеет, что ушла: «читать-писать умею и хватит», - замечает она.

Девушка старается помнить традиции предков, знает свой родной язык, умеет расшивать бисером национальную одежду и плести корзинки из бересты под ягоды.

«Девочки уезжают в школу, видят большие города и уже не хотят возвращаться в родной дом, а парням потом в жены брать некого», - сетует молодая хантыйка.

Сама она вышла замуж в 26 лет, до этого времени жила с отцом и матерью и сейчас не забывает родной дом, часто ездит к ним в гости.

«Зимой на буране быстро: утром выедешь, вечером уже на месте», - рассказывает Людмила, нисколько не боясь лютой стужи и не допуская мысли, что зимой на зимнике всякое может случиться.

В новом доме мужа девушке тоже нравится. Скучать не приходиться, на земле работа найдется всегда, зато добытой дичи и выращенных помидор да картошки хватает всегда. Причем у женщин традиционно забот больше, чем у мужчин. Они следят за огородом и хозяйством, пекут хлеб и вялят рыбу, занимаются рукоделием, ходят на охоту и рыбалку, а еще успевают растить детей.

Правда, в стойбище Тямки детворы нет. Людмила рассказала, что в семье ее мужа было три брата и три сестры. У одного из братьев была жена и ребенок, но малыш умер почти сразу после рождения, а сам мужчина вскоре утонул. Молодая вдова покинула Тямку и вышла замуж второй раз.

Сейчас в семье Усановых снова шесть человек, однако, Людмила надееться, что вскоре жителей станет больше, а в стойбище будет слышан детский смех. 

Тямка далеко не единственная деревня, где проживают всего несколько или даже одна семья коренных малочисленных народов севера. Всего в Уватском районе 12 жилых стойбищ КМНС, которые территориально раскиданы по всему району. И уезжать с обжитых мест никто не планирует.