Бункеровщики топлива не хотят оплачивать потенциальную ликвидацию разливов

Москва. Правительство может отменить для компаний—бункеровщиков топлива обязанность платить государственной «Морспасслужбе» только лишь за ее готовность ликвидировать возможные разливы нефтепродуктов. Сейчас такая плата по отрасли достигает 2 млрд руб. в год. Бункеровщики подчеркивают, что сейчас «Морспасслужба» за эти деньги фактически ничего не делает, а если разлив и происходит, то его ликвидацию нужно оплачивать отдельно.

Как стало известно “Ъ”, вице-премьер Максим Акимов поручил Минтрансу и ФГУП «Росморпорт» оценить обоснованность существующей платы с судоходных компаний по предупреждению и ликвидации разливов нефти. В частности, к 1 августа ведомства должны подготовить предложения «по возможности перехода на оплату за фактически оказанные услуги» в случае необходимости ликвидации разливов. Соответствующие поручения значатся в списке от 31 мая по итогам встречи вице-премьера с «Опорой России». В Минтрансе “Ъ” сообщили, что поручение прорабатывается. В «Росморпорте» запрос переадресовали в Росморречфлот, где не ответили “Ъ”.

По закону бункеровкой судов в морских портах могут заниматься компании, у которых либо есть собственные сертифицированные аварийно-спасательные подразделения, либо есть договор с такой компанией. Как отмечают собеседники “Ъ” на рынке, создание такого подразделения требует больших расходов и сопровождается бюрократической волокитой, поэтому, как правило, заключается договор с подведомственным Росморречфлоту ФГБУ «Морспасслужба». По нему бункеровочные компании ежемесячно платят за готовность «Морспасслужбы» ликвидировать возможные разливы (исходя из объема бункеровки), при этом услуги по ликвидации, а также ущерб от разливов оплачиваются отдельно. Кроме того, параллельно администрация каждого морского порта имеет свой договор с «Морспасслужбой» по ликвидации разливов нефти.

В начале 2015 года СРО «Российская ассоциация морских и речных бункеровщиков» (на долю ее членов приходится до 70% продаж судового топлива в РФ) пожаловалась в ФАС на то, что «Морспасслужба» безосновательно повышает цены за готовность ликвидировать разливы. В частности, для бункеровочных компаний Приморского края цена на услугу с 1 января 2015 года была увеличена в 15 раз, следует из письма ассоциации в Минтранс (копия от 24 декабря 2018 года есть у “Ъ”). В марте 2016 года ФАС признала «Морспасслужбу» нарушителем антимонопольного законодательства и выдала ей предписание снизить цены, которое ФГБУ безрезультатно пыталось оспорить в суде.

При этом, как подчеркивала ассоциация бункеровщиков в своем письме в Минтранс, предписание до сих пор не исполнено, несмотря на штрафы, неоднократно наложенные как на саму «Морспасслужбу», так и на ее руководителя Андрея Хаустова.

На жалобу бункеровщиков в Минтранс подведомственный ему Росморречфлот в ответном письме сообщил, что у агентства «отсутствуют правовые основания понуждать руководителя "Морспасслужбы" к исполнению решений и предписаний ФАС».

Сейчас бункеровкой в России занимаются около 120 компаний. Как пояснил “Ъ” председатель совета ассоциации бункеровщиков Владимир Сергеев, бункеровочная компания в среднем платит «Морспасслужбе» 1–1,5 млн руб. в месяц, при этом никаких мероприятий «Морспасслужба» не проводит. Суда ФГБУ к местам осуществления бункеровки не выходят, то есть несут готовность «у причальной стенки», поясняет он. Поэтому в ассоциации полностью поддерживают предложения перейти на оплату непосредственно ликвидации разливов нефтепродуктов, а плату за «виртуальное» несение готовности упразднить, подчеркивает господин Сергеев. Он отмечает, что разливы случаются крайне редко и, как правило, не по вине экипажей судов-бункеровщиков.

Источник “Ъ” в отрасли подчеркивает, что непонятно, кто является конечным получателем денег, которые платят сегодня бункеровщики за готовность ликвидации разлива. В мире аварийно-спасательные формирования необязательно государственные, отмечает он. Кроме того, непонятно, почему потоннажный сбор платят бункеровщики, а экспортные суда — нет, хотя у них такие же шансы разлить нефть, отмечает источник “Ъ”. Плата должна быть не за готовность ликвидации разлива, а по факту аварии, уверен он, но за это должна отвечать страховая компания, тогда ей будет выгодно создать свою спасательную службу. Чем больше операций удастся перевести из ручного регулирования в область финансовых отношений, тем лучше система будет работать, заключает собеседник “Ъ”.