Игорь Шпуров: В развитии новых технологий нефтедобычи государство может сыграть большую роль

Тюмень. Ученые и представители власти все больше склоняются к тому, что акценты по льготам в нефтегазовой отрасли необходимо сместить в сторону технологий добычи. Они считают, что такое льготирование является важнейшим фундаментом развития нефтедобычи в России на ближайшие десятилетия. Поддержка нефтесервисных компаний со стороны государства позволит выйти на новый уровень добычи трудноизвлекаемых запасов (ТРИЗ).

О том, какие вопросы, связанные с технологическим развитием нефтегазовой отрасли РФ, находятся на стадии рассмотрения, когда в России будет сформирован комплекс методов для разработки ТРИЗов, Агентству нефтегазовой информации рассказал глава Государственной комиссии по запасам (ГКЗ) Игорь Шпуров.

- Игорь Викторович, какие именно вопросы, связанные с технологическим развитием нефтегазовой отрасли, обсуждает ФБУ «ГКЗ»?

- Основная тема обсуждения - это трудноизвлекаемые запасы и технологии их извлечения. Это самая актуальная тема, по которой пока, к сожалению, больше вопросов, чем ответов.  Необходимо в первую очередь достигнуть понимания, каким образом будут изучаться и осваиваться ТРИЗы, какие технологии для этого нужны и какова в этом роль государства.

Не так давно прошло совещание у премьер-министра Дмитрия Медведева, на котором было принято решение изучить вопрос льгот для разработки новых технологий в нефтегазовой отрасли. В частности, провести инвентаризацию запасов с точки зрения их рентабельности, экономической оценки и возможности эффективного освоения.

- На ваш взгляд, какие именно льготы будут полезны для стимулирования добычи ТРИЗов?

- Я не могу без четкой оценки запасов сказать, где конкретно и какие именно инструменты стимулирования необходимы в отрасли. Не стоит забывать, что есть льготы, которые, может, уже изжили себя. Инвентаризация запасов поможет сделать эту оценку объективной и покажет, в каком направлении стимулировать отрасль. Поэтому продолжаем активно работать над решением поставленной задачи. 

- Можете ли назвать период, в который уже требовалось создание новых технологий для разработки нетрадиционных залежей. Много ли упущено времени с тех пор?

-  Как только начали добывать нефть, еще со времен царской России. В любое время люди нуждались в новых технологиях добычи.

Легких запасов не было и не будет никогда. Работа геолога, нефтяника и газовика очень тяжелая, опасная и рискованная в любые времена.

Когда мы говорим о трудноизвлекаемых запасах, мы должны понимать, что это такое. ТРИЗы – это запасы, для освоения которых в настоящее время отсутствуют технологии, обеспечивающие их экономически оправданное извлечение. Поэтому возникает необходимость в создании новых технологий, которые могли бы помочь отрасли. Например, многие запасы, которые теперь активно осваиваются в России, 10-20 лет назад были ТРИЗами. Сюда можно отнести Васюганскую свиту, Рябчиковые пласты, Тюменскую свиту и т.д. Я думаю, через пять лет мы даже не вспомним, что Тюменские отложения относились к трудноизвлекаемым запасам.

Поэтому мое мнение: стимулировать надо не столько сами запасы и добычу, сколько разработку и развитие технологий, которые позволяют эти запасы извлекать. Повторюсь, тут роль государства может быть достаточно большой.

- За какой срок возможно создание в России технологий для добычи ТРИЗов в случае, если льготы для этого будут введены уже сейчас? США для этого потребовалось 30 лет.

- Очень сложно ответить на такой вопрос, не касаясь конкретики. Судя по общему настрою, тенденциям, динамике, я думаю, что в России для создания новых эффективных технологий потребуется гораздо меньше времени, в сравнении с США. Например, для баженовской свиты, я думаю, это 5-7 лет. Вообще, Россия имеет большой опыт разработки и внедрения самых передовых технологий.

Если углубиться в историю, то можно вспомнить, с помощью каких инновационных технологий удалось запустить Западную Сибирь. Во-первых, это кустовое бурение - уникальная технология, которую предложили в России. Во-вторых, разработчиками теоретической основы горизонтального бурения и ГРП так же выступили российские ученые.

В 90-х годах в силу некоторых исторических реалий, нефтяники поддерживали не своих производителей, а пользовались тем, что делали западные компании. В то время в стране не развивали технологический сервис и разработку новых технологий. Время было упущено.

В XXI веке все поменялось. Можно выделить много интересных российских технологий, которые находятся на одном уровне с мировыми.

Довольно неплохие достижения в области программных продуктов - гидродинамическое моделирование, хорошие наработки в сфере геофизических исследований скважин, активно развиваются технологии бурения. На самом деле можно привести много примеров. Но вот где мы пока достаточно серьезно отстаем – это технологии заканчивания скважин. А это одно из очень важных направлений в работе с ТРИЗами, я считаю, что необходимо сосредоточить усилия именно в этой части. И, конечно, все это должно сопровождаться цифровыми технологиями управления.

- Назовите наилучший российский опыт разработки и добычи ТРИЗов. За счет чего компаниям это удается?

- Ведущие компании нефтегазовой отрасли России работают по разным направлениям, поэтому каждая из них преуспела в чем-то своем. Например, Татнефть и ЛУКОЙЛ - лидеры по высоковязкой нефти, «Газпром нефть», Роснефть, Сургутнефтегаз достаточно активно развивают направление баженовской свиты.

Как видите, нельзя назвать какую-то одну компанию безусловным лидером в чем-то, у каждой из них есть свои перспективы, каждая движется по своему маршруту.

- Расскажите о разработке баженовской свиты. Есть ли какие-то новые технологии для извлечения ее запасов?

- Реальных эффективных технологий по баженовской свите пока нет, и не только у нас в России. Подобные отложения никто не умеет разрабатывать во всем мире. Это архисложная задача. Для разработки свиты необходимы совершенно другие области знаний. В баженовской свите находится даже не нефть, а кероген, который относят к нефтематеринским породам. Здесь нефтяные залежи еще не до конца созрели, наша задача в том, чтобы завершить процесс формирования нефти прямо в пласте, в природе данный процесс происходит десятки миллионов лет.

- Игорь Викторович, какие планы у Государственной комиссии по запасам на 2019 год?

- Продолжать выполнять государственную функцию экспертизы запасов. Каждый год объемы работ растут, например, в 2018 году ожидается рост примерно на 30%, в 2019 году ожидаем не менее существенный рост, связан он будет с инвентаризаций запасов.

Кроме того, я об этом уже упоминал, мы занимаемся изучением и оценкой  технологий освоения и разведки ТРИЗов. Эту сферу мы считаем также очень важной задачей наших экспертов.

Также занимаемся совершенствованием наших экспертиз. Пытаемся не только повысить качество работы, но и сделать так, чтобы экспертизы принимало не только государство, но и финансовые институты (биржи, банки) для целей инвестирования.

Много работаем с международным сообществом, Организацией Объединенных Наций. Причем ООН рассматривается как площадка для создания инструментов, которые будут снижать влияние политики на международное сотрудничество в области разведки и освоения запасов полезных ископаемых. Инструменты по привлечению инвестиций, по оценке запасов и многому другому.

- Каковы ваши прогнозы по разработке ТРИЗов в 2019 году? Ждете ли новых открытий?

- Официальная цифра в 2018 году по добыче ТРИЗов - 80 млн из 530-550 млн. суммарной добычи по стране. По мере появления новых эффективных технологий добыча будет увеличиваться, но часть запасов, которые мы раньше относили к ТРИЗам, будет выводиться из этого понятия. Этот процесс достаточно гибкий.

Конечно же, ждем открытий. В этом году было месторождение «Нептун», «Газпром нефть» недавно представила новое открытие на Сахалине – «Тритон». По предварительным данным, довольно большое месторождение. На суше в 2018 году уже зарегистрировано более 40 открытий, но они все достаточно мелкие.

В целом, мы, как все геологи, – оптимисты и всегда ждем новых открытий в пока еще малоизведанных горизонтах. А их у нас еще очень много.