Россия и Белоруссия вновь делят нефтяные потоки в ЕАЭС

У Москвы и Минска вновь появились разногласия в нефтегазовой сфере: в конце минувшей недели нашлись сразу два повода для обсуждения беспошлинных поставок в Белоруссию российской нефти. Сообщения СМИ о приостановке кредитования Белоруссии опроверг российский Минфин, но официальные заявления белорусской стороны о намерении поднять на государственном уровне вопрос о компенсации $300 млн (20 млрд руб.), выпадающих с 2019 года из бюджета республики из-за налогового маневра в РФ, пока остались без реакции Москвы.

В конце минувшей недели обострилось обсуждение двух чувствительных для российско-белорусских отношений вопросов — беспошлинных поставок в Белоруссию нефтепродуктов и налогового маневра в российской нефтяной отрасли. В пятницу Reuters сообщило о намерении Москвы приостановить предоставление кредитов Минску. Ссылаясь на пояснительную записку к протоколу изменений межправсоглашения от зампреда «Белнефтехима» Андрея Рыбакова, агентство отметило, что российская сторона связывает возобновление сотрудничества с решением вопроса по установлению запрета на беспошлинный вывоз нефтепродуктов из России в Белоруссию с компенсацией потерь российского бюджета за ранее вывезенные нефтепродукты.

Реакция российского Минфина последовала в тот же день — ведомство отрицает приостановку кредитования Белоруссии. Так, согласно договоренностям, напоминают в министерстве, финансируются расходы, связанные с использованием Белоруссией средств государственного экспортного кредита, предоставленного на сооружение АЭС. «Начата и активно ведется подготовка документов, необходимых для предоставления нового финансового кредита, а также траншей кредита, предоставленного по линии ЕФСР (Евразийского фонда стабилизации и развития.— “Ъ”)»,— заверили в Минфине РФ.

Напомним, нефтегазовый спор между странами тянется с 2016 года — на заявления Минска о несправедливости цены на российский газ Москва тогда ответила снижением поставок беспошлинной нефти. В апреле 2017 года правительствам двух стран удалось договориться об объемах беспошлинных поставок из РФ нефти в 2017–2024 годах на уровне 24 млн тонн в год. Из этого объема белорусская сторона может зачислять в свой бюджет экспортные пошлины за 6 млн тонн (так называемое перетаможивание) — с разницы между согласованным объемом поставки нефти и ее фактическим импортом в Белоруссию для переработки.

Впрочем, этим разногласия не ограничиваются: на прошлой неделе Минск вновь поднял вопрос о последствиях для Белоруссии налогового маневра в России. Напомним, правительство РФ начинает с 2019 года налоговый маневр, который заключается в постепенной отмене экспортных пошлин на нефть и нефтепродукты (с нынешних 30% на пять процентных пунктов в год в течение шести лет) с одновременным повышением НДПИ. О возможных рисках обнуления экспортной пошлины на нефть российский Минфин ранее предупреждали коллеги из Минэнерго — в ведомстве указывали, что такое решение, в частности, может повлечь ухудшение отношений Москвы и Минска, который и так получает российскую нефть беспошлинно. Рост НДПИ, отмечало Минэнерго, может вызвать рост цен на нефть как для внутреннего рынка, так и для Белоруссии.

Как заявил в конце прошлой недели замминистра финансов Белоруссии Дмитрий Кийко, его ведомство планирует инициировать обсуждение возможности компенсации выпадающих доходов белорусского бюджета из-за налогового маневра. По оценкам Минфина Белоруссии, из-за сокращения поступлений от экспортных пошлин, а также планируемого снижения на четверть ставки акцизов на нефтепродукты (для компенсации нефтезаводам издержек из-за отсутствия повышения розничных цен) в 2019 году выпадающие доходы белорусского бюджета составят около $300 млн. «В России выпадающие доходы компенсируются отрицательными акцизами, у нас нет таких источников»,— посетовал Дмитрий Кийко. Впрочем, беспокойство Минска вызвано также тем, что налоговый маневр приведет к невозможности работы единого рынка нефтепродуктов в ЕАЭС, а российские нефтепродукты могут вытеснить на внутреннем рынке Белоруссии ее продукцию. Все эти заявления российский Минфин комментировать не стал.