Константин Симонов: Эксперимент с НДД приведет к старой системе индивидуальных льгот для нефтяных компаний

Москва. Обсуждение темы налога на добавленный доход (НДД) в нефтедобывающей отрасли продолжается. Новый шаг на пути к принятию закона об НДД сделал премьер-министр России Дмитрий Медведев. Он поручил Минфину, Минэнерго, ФАС и ФНС в первом квартале 2018 года разработать проекты нормативных правовых актов по введению НДД от добычи углеводородов. Нефтяные компании ждали запуска пилотного проекта в 2018 году, был определен список месторождений, на которых предполагалось опробовать новую систему, однако законопроект остался в ожидании решения правительства до следующего года. Первый замминистра энергетики РФ Алексей Текслер подтвердил, что пилотный проект по переходу нефтяных месторождений на НДД будет запущен не раньше 2019 года. Ситуацию с принятием закона Агентству нефтегазовой информации прокомментировал руководитель Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ) Константин Симонов.

- Весь год мы следим за историей о налоге, о нем постоянно идет речь, буквально на днях слушал Антона Силуанова [министр финансов РФ. – Прим. ред.], в своем выступлении на форуме в Финансовом университете он говорил про НДД, как позитивна будет его роль. Тем не менее, при том, что закон был согласован и должен был принят в 2017 году (об этом говорили Антон Силуанов, Александр Новак и Алексей Текслер), закон в думу не был внесен и уже в эту сессию внесен не будет, это означает, что никакого НДД в следующем году не будет. Эксперимент в лучшем случае начнется в 2019 году. Получается, мы просто потеряли 2018 год, причем потеряли на ровном месте, когда Минфин и Минэнерго вроде как сошлись и согласовали все условия. А ведь речь идет не о полном введении НДД, а всего лишь об эксперименте.

- А необходимо ли менять существующий налог на добычу полезных ископаемых на такой неоднозначный экспериментальный налог на добавленный доход?

- Нефтяная отрасль давно предлагала перейти на налогообложение прибыли, отказавшись от налогообложения выручки. В свое время просто предложили налоговый маневр, который является по большому счету вовсе не переходом к новой философии налогообложения, а уменьшением взимания одних налогов в пользу других. При этом все они являются налогами с выручки, я имею в виду замену экспортной пошлины на рост НДПИ. Когда все же убедились, что надо менять эту философию, решили начать с эксперимента, Минфин начал считать выпадающие доходы. И фактически ровно год ведется обсуждение. Причем попали под НДД только гринфилды [новые месторождения. – Прим. ред.]. И не в рамках каких-то локальных решений, а в рамках именно новой философии налогообложения.

- Минфин же выступал против пилотного проекта…

- Все аргументы, которые были против НДД, они в реальности очень архаичны. Один из аргументов - о том, что невозможно дать оценку добычи на каждой скважине, подсчитать рентабельность, прибыльность. Но при этом постоянно идет речь о цифровой экономике. Александр Новак рассказывает Владимиру Путину, что нефтяные скважины будут подключены к Интернету. Какая проблема цифровизировать нефтяную промышленность и создать электронную схему, тем более что Минэнерго сколько лет обещает нам систему ГИС ТЭК, которая должна все учитывать. Так вот обеспечьте тогда подключение скважин к Интернету и создайте единую информационную систему. Налоговая служба смогла же подключить все кассовые аппараты к Сети и брать с них информацию онлайн, а их гораздо больше, чем нефтяных скважин.  Вот вам и задача цифровизации. Ничего не сделано. Поэтому я очень пессимистично оцениваю итоги налогового маневра.

- А как вы оцениваете индивидуальные налоговые льготы для конкретных месторождений?

- У меня возникает ощущение, что нефтяные компании махнули на НДД  рукой. Если раньше они боролись за новый налоговый режим, доказывали и говорили, что нужно облагать налогом прибыль, нужно отказаться от взимания налога с выручки, то теперь, посмотрев, что им предлагают эксперимент, на это плюнули. Нефтяные компании стали лоббировать частную льготу, и у некоторых это получилось. Другие компании тоже осознали: зачем бороться за НДД, если надо бороться за себя и за льготы. Хотя Минфин всегда утверждал, что надо ликвидировать налоговые льготы, это неправильный принцип налогообложения. После этого несколько компаний написали письмо, что у них такие же месторождения, но им отказали под довольно странным, на мой взгляд, предлогом. Аргументация менялась и становилась все смешнее. Все приведенные аргументы у нефтяных компаний вызвали предположение, что бессмысленно бороться за налоговую реформу. Они потеряли интерес к борьбе за НДД, вернулись к системе старых добрых льгот, которые выбиваются в индивидуальном порядке.

- Если пилотный проект все же будет принят, как в целом на нефтяной отрасли отразятся новые налоги?

- Не стоит забывать обстоятельство, что весной 2018 года у нас будет новое правительство. Когда нынешние министры говорят, что скоро будет НДД, но в то же время его не успели внести в нынешнем составе, – это тоже надо иметь в виду. Дальше вопросом НДД займется малый кабинет, я бы еще хотел посмотреть фамилии его членов, чтобы делать какие-то выводы.

Хотя идея-то была простая - налоговый режим должен дать возможность инвестировать в те проекты, которые при существующем налоговом режиме просто нерентабельны. НДД как пилотный проект вполне сможет доказать, что он разумен и жизнеспособен. И все равно необходимо думать, как увеличить добычу и не допустить обвала. Другое дело, если  мы говорим про НДД в том варианте, в котором он был почти согласован и должен был принят. Речь об эксперименте, результаты которого еще нужно будет трактовать и анализировать. Быстрого эффекта он, естественно, не даст.

- По словам Дмитрия Медведева, при принятии НДД необходимо соблюсти баланс между интересами нефтяных компаний и бюджетными задачами. Возможно ли это?

- Тут все упирается в то, что есть правда отрасли и есть правда Минфина. Минфин считает, что отрасль подтасовывает цифры, живется ей не так и плохо и она сгущает краски, никакое падение добычи ей не грозит, и она сознательно ситуацию демонизирует, чтобы прикидываться несчастной. А есть мнение отрасли, которая говорит, что не бывает чудес, нельзя эту корову доить 150 раз, дайте возможность увеличить инвестиции. В итоге налоговый маневр в реальности привел к чудовищному последствию. Постоянно придумывают все новые поборы с отрасли. Сейчас с геологией придумка Сергея Донского [Минприроды направило в правительство законопроект о повышении в 100 раз ставки регулярных платежей за пользование недрами за трехлетний срыв сроков геологоразведочных работ. – Прим. ред.]. Надо понимать, что нельзя лишить отрасль возможности инвестирования. А как это сделать? Очень просто: дайте возможность увеличить добычу, и бюджет получит выгоду.