ЕС вводит новые преграды для российского газа

Страны ЕС могут вынудить отчитываться перед Еврокомиссией (ЕК) о контрактах в нефтегазовой сфере с третьими государствами перед их заключением. Такое решение было принято Советом ЕС. Новое правило подписания соглашений в этой отрасли должно быть одобрено вначале Европарламентом, а затем — Советом ЕС. После этого ЕК получит право проверять подобные сделки на соответствие законодательству союза.

В Европарламенте «Известиям» признались: решение возвести очередную бюрократическую преграду направлено прежде всего против России и носит во многом политический характер.

— В Европарламенте хватает людей с антироссийскими настроениями, которые говорят, что мы должны избавиться от российской «газовой иглы». Но при этом ЕК и Марош Шефчович (вице-президент ЕК по энергосоюзу. — «Известия») на этой неделе заявили, что Евросоюз в этом году заключил шестое, рекордное, соглашение с Россией по поставкам газа. Когда подобные заявления звучат из уст еврокомиссара, становится очевидно: экономика и стратегические интересы берут верх над лозунгами. Всё дело в том, что Еврокомиссия хочет быть более информирована. Понятно, что желание ЕК диверсифицировать потоки, то есть меньше закупать у России и больше ввозить, условно, из Катара, разбилось о реальную экономику, поскольку поставки газа оттуда получаются «золотыми», — отметил в беседе с «Известиями» европарламентарий от Латвии Андрей Мамыкин.

— При системе сдержек и противовесов между национальными правительствами и ЕК — ничего страшного произойти не должно, но времени на заключение сделок уйдет больше. ЕС — это не США. Если в будущем Еврокомиссия сконцентрирует в своих руках такую власть, что станет панъевропейским правительством, тогда будет как в США: Вашингтон сказал, а в Техасе выполняют. Вместе с тем, вполне вероятно, что эта инициатива по нефти и газу будет поддержана Европарламентом. Ведь нет ни одного пленарного заседания в Страсбурге, где не принималось бы антироссийской резолюции. В прошлом году Европарламент принял 12 резолюций по России, — подчеркнул европарламентарий.

Между тем, как считает заместитель председателя комитета по международным делам Совета Федерации Андрей Климов, подобные решения Брюсселя — отражение «острой фазы борьбы между национальной и наднациональной бюрократией».

—  Брюссель ищет инструменты воздействия, чтобы даже такие страны, как Германия, не могли принимать решения самостоятельно. Например, «Северный поток-2» — чисто немецкая история, в которую Германия старается никого не пускать. А ЕК хочется, чтобы всё происходило при ее участии. Когда речь заходит об энергетике, Россия — главный поставщик — выходит на первый план. И тут же появляются силы, которым не очень интересна энергия, зато очень интересна русофобия. Эти силы решили ввести определенный контроль за деятельностью независимых государств в вопросе энергоносителей. На очереди — ядерная энергетика, — сказал «Известиям» Андрей Климов.

При этом он напомнил, что базовые соглашения ЕС позволяют Брюсселю на законных основаниях принимать подобные меры, поскольку изначально была договоренность, что экспорт — «это национальная история», а импорт — общая тема.

— Отвечать национальной бюрократии на эту деятельность брюссельских чиновников будет очень сложно. Надо либо пересматривать фундаментальные документы, либо искать компромисс. Россия в данном случае оказывается стороной проблемы. Но мы не можем договариваться со всеми. Это длинный путь, и мы уже пытались сделать это с «Южным потоком». Если бы это был чистый бизнес, то был бы другой разговор, а здесь всё замешано на русофобских настроениях, — заключил сенатор.

Как рассказал «Известиям» руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности Александр Пасечник, историю с ЕК и нефтегазовыми контрактами стоит воспринимать как «политику с примесью бюрократии». По его словам, европейские чиновники пытаются создать как можно больше регламентирующих бумаг, усложняя процедуру заключения сделок и затягивая процесс.

— В ЕС понимают, что без российского газа им далеко не уехать. Но там пытаются показать, что ведется работа по усложнению различных процессов, а их «младшие партнеры» — страны ЕС — у них на крючке. Это лишь затягивает процедуры заключения контрактов. Но мы эти барьеры преодолеваем. Есть пример, когда у «Газпрома» возникли проблемы с польскими регуляторами по «Северному потоку-2», но компании удалось найти другие пути реализации проекта. Возможности обойти эти ограничения есть. Кроме того, цель подобных решений — убаюкать Вашингтон. Но думается, что с приходом Дональда Трампа США ослабят вожжи, и на самом деле сейчас намечается курс на партнерство. Уже в 2019 году по «Северному потоку-2» и по «Турецкому потоку» может пойти первый газ, — пояснил Александр Пасечник.

Источник в нефтегазовой отрасли, хорошо знакомый с ведением переговоров с ЕС, заверил в беседе с «Известиями», что Россия внимательно следит за ситуацией, но делать практические шаги преждевременно, поскольку закон еще не принят окончательно.