НДД в нефтяной отрасли могут ввести с 2018 года

Законопроект о переходе на налог на добавленный доход (НДД) в нефтяной отрасли должен быть разработан Минфином к 1 октября, вступить в силу с 2017 года, а начать применяться с 2018 года, следует из протокола совещания у вице-премьера Аркадия Дворковича, с которым ознакомился "Ъ". Как следует из документа, в ходе совещания снята часть разногласий между Минфином и нефтяниками — в основном формально в пользу последних.

Минфин и компании несколько лет спорят, как облагать налогом не объемы добычи и экспорта нефти (как сейчас — через НДПИ и пошлину), а денежный поток каждого добычного проекта, но теперь есть шанс на реальное продвижение. Прежде всего потому, что о глобальной реформе речь уже не идет: НДПИ в любом случае сохраняется (хотя и в меньшем объеме), а НДД должен заменить льготы по экспортной пошлине и НДПИ для новых нефтяных месторождений (гринфилды). Также будут проведены пилотные проекты по введению НДД на старых месторождениях (браунфилды), которые не пользуются льготами, но их масштаб в целом не превысит 15 млн тонн в год (около 2% всей добычи). По сути, Минфин предлагает нефтяникам обменять уже имеющиеся льготы на НДД, предоставляя определенные послабления в рамках пилотов. Такая конструкция важна для Минфина тем, что позволяет в кратчайшие сроки вообще отменить экспортную пошлину на нефть, переложив ее в НДПИ или НДД. Это может принести в бюджет, по оценкам источников "Ъ", около 600 млрд руб. дополнительных доходов.

Одним из ключевых спорных моментов была добровольность перехода на НДД. Минфин настаивал, чтобы переходили все льготируемые гринфилды, кроме тех, кто имел льготу по пошлине на начало 2016 года. Нефтяники хотели иметь возможность выбирать между НДД и сохранением льготы. Аркадий Дворкович встал на сторону отрасли — и теперь в течение года с момента вступления в силу закона об НДД у компаний будет право выбора, причем льготы по пошлине можно получать до начала 2017 года (по данным "Ъ", в Минэнерго около 15 заявок). Впрочем, по мнению собеседников "Ъ", выигрыш нефтяников окажется невелик, если Минфин отменит пошлину с 2018 года: компаниям придется перейти на НДД, иначе их льготы просто обнулятся.

Кроме того, на совещании был решен ряд технических вопросов. Так, степень выработанности браунфилдов для участия в пилотах устанавливается в диапазоне 20-80% (Минфин хотел 25-80%). Одновременно Аркадий Дворкович поручил Минфину разработать специальные параметры НДД для новых месторождений в Западной Сибири с выработанностью менее 5%. По данным "Ъ", речь идет о попытке ЛУКОЙЛа включить в режим НДД месторождения Имилорское и имени Шпильмана (у них сейчас нет льгот, поэтому ЛУКОЙЛ не может просто "обменять" их на НДД). Собеседники "Ъ" сомневаются, что компании это удастся, поскольку противоречит сути конструкции, главный смысл которой — избежать выдачи избирательных льгот.

В то же время ряд спорных вопросов остается. Во-первых, как определять налоговую базу по НДД (по месторождению, как хотят нефтяники, или по лицензионному участку, как настаивает Минфин). Этот вопрос Аркадий Дворкович поручил финансовому ведомству проработать. Во-вторых, каков в итоге будет объем пилотов по браунфилдам — 10 млн тонн (как хотел бы Минфин, поскольку в таком случае меньше выпадающие доходы бюджета) или 15 млн тонн. Минфину поручено представить вместе с законопроектом расчеты по обоим вариантам, то есть решение, видимо, будет приниматься уже в октябре.

По мнению части собеседников "Ъ", принятие законопроекта об НДД теперь действительно возможно, поскольку позволяет Минфину отвязать вопрос льгот для отдельных месторождений от судьбы экспортной пошлины и в будущем отменить пошлину. С другой стороны, нефтяники, которые в ближайшие годы все равно останутся под угрозой внеплановых изъятий, могут хотя бы получить более предсказуемую, чем сейчас, налоговую систему. Но другие источники "Ъ" настроены скептически. "Учитывая неблагополучное состояние бюджета, меры, которые могут даже теоретически повредить его наполнению, будут откладываться",— полагает Антон Усов из KPMG. Он добавляет, что постоянное изменение налогообложения увеличивает неопределенность для нефтяников при принятии инвестиционных решений.

Коммерсант