Валерий Ростовцев: Требуется политическая воля для возрождения Министерства геологии

Томск-Тюмень. Давно известно: чем больше средств вложишь в геологоразведку сегодня, тем больше открытий получишь завтра. И наоборот. Сейчас ситуация - наоборот. В связи с тем, что объемы геологоразведочных работ ежегодно сокращаются, прирост запасов уже не компенсирует добычу полезных ископаемых.
Обеспокоенность этим фактом Агентству нефтегазовой информации «Самотлор-Экспресс» выражали директор научно-аналитического центра рационального недропользования ХМАО-Югры Александр Шпильман и эксперт Агентства Александр Хуршудов.
Геология переживает не лучшие времена. Свою оценку ситуации в отрасли дает геолог с большим стажем, Почетный разведчик недр РФ, Почетный работник газовой промышленности Валерий Ростовцев (Томск).

- Валерий Николаевич, вы участвовали в открытии Оренбургского газоконденсатно-нефтяного месторождения, в оценке и разведке Уренгойского, Харасавейского, Бованенковского, Новопортовского и других месторождений. Благодаря этим гигантам, открытым еще советскими геологами, страна выстояла в период мировых кризисов. Но время Уренгоя и Самотлора подходит к концу. Что идет на смену этим месторождениям?
- В ближайшей перспективе – ничего, сопоставимого по размерам. Более того, при таких низких темпах воспроизводства углеводородов, как сегодня, обеспеченность запасами очень быстро снизится до критического уровня. А ведь нефтегазовая отрасль обеспечивает 70% экспорта страны.
Россия остро нуждается в ускоренном воспроизводстве запасов углеводородов. Особенно жестко эти вопросы были поставлены в работах тюменских ученых Анатолия Брехунцова и Ивана Нестерова. По их расчетам, если не изменится политика геологоразведочных работ, то добыча нефти в Западной Сибири к 2020-2030 гг. снизится до 50 млн. тонн. Это катастрофически низкий для нашей страны уровень.

- Как все-таки переломить ситуацию и возможно ли это в принципе?
- Возможно все, если есть политическая воля и понимание того, что нефть и газ - не проклятие России, не наркотическая игла экономики, в чем нас настойчиво убеждают разные доброхоты. Нефть и газ - реальная база процветания страны. Запасы нефти и газа способны обеспечить преодоление любых мировых кризисов. Они надежнее любого стабилизационного фонда. Они - гарантия единства России.
С практической точки зрения, для возрождения мощной государственной геологической службы, необходимо прежде всего создать самостоятельное Министерство геологии России и восстановить отчисления на воспроизводство минерально-сырьевой базы страны. Так, как это было предусмотрено первой редакцией Закона РФ «О недрах».

- Хорошо, создали Министерство. Но ведь это не означает, что в стране автоматом возникнут новые Самотлоры? Будет еще одна бюрократическая структура…
- Но в этом случае у нас появится стратегия развития отрасли и механизм, стимулирующий разведку недр. А это – перспектива, хорошая, обнадеживающая перспектива.
В свое время государство отказалось от поисковых работ на нефть и газ, переложив эту ответственность на недропользователей и оставив за собой лишь региональные геолого-разведочные работы. Недропользователь физически не в состоянии открыть Самотлор на своем лоскутном одеяле. В лучшем случае - например, в Западной Сибири - он может открыть пропущенные залежи в неокоме или в палеозое, что проблемы не решит. Поэтому сейчас прирост запасов углеводородов осуществляется на ранее открытых месторождениях. Фактически происходит перевод, а не прирост запасов из одной категории в другую, более высокую. В результате такого пересчета появляются просто уточненные оценки, а не новые месторождения нефти.
Необходимо срочно открывать новые Самотлоры, а для этого - выходить в новые районы, где поиски требуют огромных средств, да и риски при этом огромные. Справиться с такой задачей в полном объеме даже ЛУКОЙЛу или ГАЗПРОМу не под силу. При всем уважении к геологам, которые работают в нефтяных компаниях, надо сказать прямо: они не умеют искать месторождения. Но не потому, что они хуже. Просто у них другая геология. Ведь мы не посылаем больного сердцем к врачу, который лечит ухо-горло-нос, хотя и тот, и другой – врач. Так и в геологии.
20-летний опыт показал, что нефтяники необходимый для страны прирост запасов обеспечить не смогут. Рядом с недропользователями должны появиться люди, способные создать им фундамент для последующей работы. И нужно торопиться, пока еще живы геологоразведчики, знающие, что, и, главное, как искать.
Поэтому я, как и многие участники последнего геологического съезда, глубоко убежден в необходимости скорейшего создания Министерства геологии России.

- Создать министерство – первый шаг. Из каких источников будут финансироваться геологоразведочные работы?
- Необходимо возобновить отчисления на воспроизводство минерально-сырьевой базы, как это и было предусмотрено в первой редакции Закона РФ «О недрах». Сегодня МПР РФ считает огромным успехом получить из бюджета страны 40 миллиардов рублей на геологоразведочные работы. Что это за деньги для России? Капля в море.
В 2011 году Россия добыла 511 млн тонн нефти. Если бы действовал Закон РФ «О недрах» в первой редакции, то при средней стоимости одного барреля в 80 долларов страна могла бы получить на геологоразведочные работы только от нефти 893,5 миллиарда защищенных бюджетом рублей. С такими средствами за нефтью можно идти и на шельфы морей, и в не изученные районы Западной Сибири, которые не менее перспективны, чем шельфы.
У меня даже есть кандидатура на пост министра геологии РФ. Это тюменец. Грамотный, честный, опытный человек. Фамилию называть не буду, чтобы не осложнить его и без того не простую героическую жизнь.
Но, чтобы появилось такое Министерство со всеми необходимыми функциями, нужна жесткая политическая воля Президента страны.
Создание Министерства геологии поднимет уровень исследования недр. В конечном итоге – будет создан перспективный задел по обеспечению страны важнейшими видами полезных ископаемых. А будут новые месторождения - будут и недропользователи.

На фото: Валерий Ростовцев на Трубачевском лицензионном участке в Томской области