Игорь Шпуров: Переход на новую классификацию должен пройти комфортно для недропользователей

Москва. Во времена масштабного освоения недр о геологах писали стихи и пели песни. Героем народного творчества всегда был отважный и непоколебимый, любопытный и неутомимый «ветру и солнцу брат». Именно такой советский геолог когда-то повернул наше государство на топливный ориентир, дав возможность за считанные десятилетия стать ведущей сырьевой державой. Наши современники, представители этой профессии, пишут свою летопись покорения недр, мечтая об открытии собственного Баграса, Самотлора, Уренгоя…
Игорь Шпуров не понаслышке знаком со школой советской геологии. Когда-то он сам ее прошел на легендарных месторождениях Западной Сибири. При этом Игорь Викторович относится к тому поколению ученых, которые сегодня стоят на пороге новой истории работы с запасами. В преддверии Дня геолога, который в этом году отмечает 50-летний юбилей, Игорь Шпуров, возглавляющий Государственную комиссию по запасам (ГКЗ) полезных ископаемых, рассказал Агентству нефтегазовой информации о нынешней ситуации в науке и перспективах развития Западной Сибири.

- Игорь Викторович, одно из самых масштабных нововведений ГКЗ последних лет – это переход с 1 января 2016 года на новую классификацию запасов и ресурсов углеводородного сырья (УВС - нефти и горючих газов). Как идет процесс, можно ли уже говорить о каких-то результатах?
- На данном этапе перед нами стоят две основные задачи: переход на новую классификацию должен пройти при максимально комфортных условиях для недропользователей; рассмотрение и защита работ не должна вызвать у нефтяников затруднений с методической стороны. Для выполнения этих задач сотрудники ГКЗ проводят множество семинаров не только в Москве, но и в регионах. В рамках оперативного пересчета запасов рассмотрено уже около 50 месторождений. Пока особых сложностей не возникает. Надеюсь, нам удастся пройти первоначальный этап без потрясений. О каких-то серьезных результатах мы сможем говорить в начале следующего года.

- Как восприняли это нововведение недропользователи?
- Скажем так, сдержанно. Недовольств нет. Но опасения есть, т.к. эта система новая. А все новое достаточно непросто пробивает себе дорогу. Словом, существуют шероховатости и наша задача, вместе с недропользователями их устранить.

- В ближайшие годы Роснедра ожидает сокращение прироста запасов углеводородов. Каков Ваш прогноз на 2016 год?
- Я не думаю, что будет сильное снижение прироста запасов. Его пределы будут, как минимум, на уровне воспроизводства. Все зависит от того насколько недропользователи в сегодняшних условиях будут уделять внимание геологоразведочным работам, в частности, поисково-разведочному бурению. Ведь именно его объемы определяют прирост запасов. Пока на сегодняшний день в планах компаний сокращения не значатся.

- При Вашем непосредственном участии запасы сырья в Тюменской области с 2004 по 2012 гг. были увеличены в 3 раза. Что способствовало достижению таких результатов?
- Этот опыт полезно было бы применить в целом по стране. Объясню почему. Именно в Тюменской области в тот период по-настоящему заработал формат государственно-частного партнерства. Впервые без помощи федерального центра были внедрены методы стимулирования разработки ТрИЗов, в частности, тюменской свиты. Также именно в тюменском регионе были сформулированы целевые льготы. И это не просто льготы по налогам, а субсидии под строительство инфраструктуры. Еще одна полезная практика - заключение договора между субъектом и федерацией об объединении усилий в области проведения геологоразведочных работ. Тогда наука - корпоративная и государственная, работали бок о бок в ежедневном режиме. Реализация всего озвученного и позволила достичь такого результата.
Кстати, когда в 2006-2007 гг. я говорил о том, что на юге Тюменской области к 2015 году будет добываться 12 млн тонн нефти, мне никто не верил. Этого просто никто не ожидал. И вот результат - в 2015 году добыто 11,8 млн тонн.

- Сейчас помимо Уватской, Тобольской площадок разведка идет и на более южных территориях, например, в Аромашевском районе.
- В Аромашевском районе идут исследовательские работы и пока рано говорить о каких-то успехах. А вот Тобольский проект уже заработал. Там лицензировано несколько участков. Ряд месторождений уже в разработке или будут введены в ближайшее время. В частности, Южно-Нюрымское (Сургутнефтегаз), Северо-Комариное (Норд-Ост-Гео), Зимнее (Газпром нефть), Вареягское (СибИнТЭК). Они должны обеспечить дальнейший рост добычи на юге области.

- В Тюмени расположен Западно-Сибирский филиал ФГУ «ГКЗ». Игорь Викторович, расскажите о его деятельности.
- В полномочия филиала входит проведение работ по водным объектам (свыше 500 куб.м.), твердым полезным ископаемым и углеводородам. На базе тюменского филиала действует западно-сибирское территориальное отделение центральной комиссии по разработке. Это одно из крупнейших отделений. В прошлом году там рассмотрено более ста работ. Тюменское подразделение по углеводородам – крупнейшее подразделение ГКЗ, которое охватывает Западную и Восточную Сибирь. Им руководит Сергей Прозоров. У него большой опыт в этой области, так как он стоял у истоков Уватского проекта, был директором регионального департамента недропользования.

- Какие перспективы Вы видите в Западно-Сибирской нефтегазовой провинции?
- С этой территорией связаны основные перспективы и прироста запасов, и добычи нефти в стране. В ХМАО наиболее перспективными, я считаю, баженовскую свиту, глубокие горизонты, включая доюрский комплекс. Перспективен и юг Тюменской области - тюменская свита и доюрский комплекс. Традиционно интересен Ямал. Там тоже еще много неизученных объектов, которые могут привести к большим открытиям.

- Как вы считаете, насколько России хватит нефти?
- Нефти хватит надолго. Вопрос в другом: ее востребованность и стоимость. Запасов открытых на сегодняшний день достаточно много. Мы можем обеспечить в течение ближайших 30 лет добычу на уровне свыше 500 млн тонн, но все будет зависеть от себестоимости и итоговой нефтяной цены, технологий разработки и налогового режима.

- Как вы оцениваете работу нефтяников по освоению ТрИЗов?
- В связи со снижением цены на нефть, компании притормозили работы в этом направлении. Особенно это касается шельфовых проектов. Если говорить о тюменской свите, то препятствий нет. Санкции и цена на нефть не влияют на эффективность ее разработки. Это же касается и баженовской свиты. Работы немного замедлились, но они все равно идут.

- В чем особенность работы с «трудной» нефтью?
- Принципиально важными считаю два вида запасов: запасы, остающиеся в высоковыработанных месторождениях (высокообводненные); нефтяные оторочки и подгазовые зоны.
Чем дольше мы медлим со стимулированием вовлечения таких запасов в разработку, тем меньше шансов, что мы сможем их извлечь. Случаи потери такой нефти уже есть. Сегодня в подгазовых зонах находится около 4 млрд тонн запасов, чтобы их не потерять, государству необходимо принимать меры стимулирования.
Есть еще доюрский комплекс, глубокие горизонты. Здесь ситуация не так критична, как в двух первых случаях, но этим надо заниматься уже сегодня, чтобы завтра работа с ними была перспективной. Здесь больше лицензионная проблема. Во многих случаях , Компании не могут изучать глубокие горизонты из-за ограничения лицензии по глубине.

- ГКЗ готовит временную методику подсчета запасов нефти сланцевых месторождений. Когда она будет принята, в чем ее преимущества?
- Мы сделаем большой шаг вперед, когда примем эту методику. В настоящее время мы вообще не можем подсчитать запасы в коллекторах сланцевого типа: бажен, доманик и т.д. И не только мы, но нигде в мире не могут этого сделать классическим объемным методом. Однако это делать надо. Почему? Для оценки инвестпривлекательности надо более точно знать наши перспективы. Инвестиционная привлекательность во многом зависит от количества запасов, продуктивности и т.д. В Америке это не имеет большого значения, из-за того, что добыча сланцев ведется в близком расположении от инфраструктуры. Там капитальные затраты не такие большие, как у нас. Для них потеря 20% " сухих" скважин не принципиальна. Себестоимость низкая. Для нас же в условиях удаленности инфраструктуры, большой стоимости бурения и вследствие этого больших капитальных затрат, цена вопроса значительно выше. А значит колоссально возрастает и роль предварительных технико- экономических оценок, основанных на точности прогноза объёма запасов.
Над составлением методики работают лучшие специалисты из государственных институтов и компаний-недропользователей. Она будет вынесена на общее обсуждение во втором квартале (возможно в мае) текущего года. Принять мы ее планируем в третьем квартале, после широкого обсуждения.

- Игорь Викторович, возвращаясь к празднику, чем, по Вашему мнению, особенно гордится российская геологическая наука?
- Геология сильна личностями: рудниками, угольщиками, нефтяниками, водниками, - всеми, кто создает для страны огромную минерально-сырьевую базу. Будущее геологии зависит от молодежи, от тех кадров, которые придут в науку. Искренне хотелось бы, чтобы сегодняшние студенты, молодые специалисты учитывали опыт тех людей, которые создали историю науки, чтоб была преемственность… Ведь именно от этого зависит дальнейшее развитие нашей геологии.
В День геолога, я бы хотел поздравить коллег и пожелать новых, желательно больших, открытий и замечательного здоровья!