Роснефть взяла всех независимых директоров

Подготовка к публичному размещению акций заставляет “Роснефть” становиться прозрачнее. Чиновники уступили три места в совете директоров независимым кандидатам и создали комитеты при совете. Впрочем, до стандартов по-настоящему открытой компании “Роснефти” еще далеко, отмечают эксперты.
“Роснефть” на 100% принадлежит “Роснефтегазу”. В 2005 г. компания добыла 74,6 млн т нефти. Выручка по US GAAP в 2005 г. – $23,95 млрд, чистая прибыль – $4,2 млрд. Доказанные запасы нефти – 2,05 млрд т, газа – 691 млрд куб. м. Чиновники задумали провести IPO “Роснефти” на Лондонской (LSE) и российских биржах. Минимальный объем размещения – $8 млрд: столько нужно “Роснефтегазу”, чтобы он мог вернуть западным банкам кредит в $7,5 млрд с процентами. Торги планируется начать в середине июля. Готовится и “народное IPO” – продажа акций населению через Сбербанк.
“Роснефть” никогда не отличалась открытостью. Рейтинговое агентство Standard & Poor's (S&P) год назад назвало компанию в числе аутсайдеров по раскрытию информации даже среди 11 российских госкомпаний. Хуже были только РЖД и “Татнефть”. А один из членов совета директоров компании жаловался, что она ставит гриф “Секретно” почти на все свои материалы, даже те, которые в других госкомпаниях не являются коммерческой тайной.
Но подготовка к публичному размещению заставляет “Роснефть” меняться. Вчера компания объявила новый состав совета директоров, в котором три из девяти мест достались независимым директорам — предправления Barclays Capital Хансу Йоргу Рудлоффу, предправления Внешторгбанка Андрею Костину и вице-президенту РАН Александру Некипелову. Остальные места достались чиновникам и президенту компании Сергею Богданчикову. Кресло председателя сохранил за собой замруководителя администрации президента Игорь Сечин. Компания также создала три комитета при совете директоров — по аудиту, по кадрам и вознаграждениям, по стратегическому планированию, в состав которых тоже вошли независимые директора. Связаться с независимыми директорами “Ведомостям” вчера не удалось.
Компания стремится соответствовать практике международных публичных компаний, объясняет перемены представитель “Роснефти”. Все три директора действительно попадают под характеристики независимых, отмечает гендиректор института профессиональных директоров Дмитрий Штыков. Единственным ограничением для Рудлоффа и Костина станут сделки “Роснефти” с их банками (Barclays и ВТБ кредитуют “Роснефть”). В этих сделках банкиры будут считаться “заинтересованной стороной” и не смогут голосовать, поясняет Штыков.
Но, по мнению западного инвестбанкира, по-настоящему независимым директором в представлении иностранных инвесторов будет только Рудлофф. Он человек с хорошей репутацией на Западе, поэтому его появление в совете директоров “Роснефти” поможет привлечь инвесторов, отмечает собеседник “Ведомостей”. Рудлофф возглавляет Barclays Capital с мая 1998 г. В марте 2004 г. был номинирован FT на звание “Самого влиятельного бизнесмена Европы”, но не получил его. Он консультирует и советует доброму десятку крупных банков и компаний, таких как Всемирный банк, Novartis и др.
Российские компании сейчас, как никогда, нуждаются в независимых зарубежных директорах, говорит Штыков. Особенно они пользуются популярностью перед подготовкой компаний к IPO на западных рынках. “Мечел” перед размещением на NYSE нанял в совет сэра Эндрю Вуда, бывшего посла Великобритании в России, а ныне советника премьер-министра Великобритании; акционеры “Евраза” ввели в совет директоров компании английского лорда Питера Дэйрсбери. “Роснефти” независимого иностранца подбирали очень долго. Президент Владимир Путин предлагал экс-министру торговли США Дональду Эвансу пост в совете “Роснефти”, но тот отказался. По словам инвестбанкиров, консультирующих компанию перед IPO, Рудлофф был выбран примерно из 20 кандидатов.
Впрочем, пока “Роснефть” нельзя назвать по-настоящему открытой, констатирует аналитик S&P Елена Ананькина. “Помимо значимых формальных шагов к открытости важно, как эти шаги применяются на практике”, — поясняет эксперт. Например, в мае “Роснефть” сообщила, что ее совет директоров утвердил документы, “соответствующие практике деятельности публичных компаний” (кодекс корпоративного поведения, положения об информационной политике и инсайдерской информации и проч.). Но компания до сих пор отказывается публиковать эти документы.