Агентство нефтегазовой информации
про вас, про нас,
про нефть и газ
18+

Александр Шпильман: Если добыча на бажене выйдет на уровень 10 млн тонн нефти в год, то наша первая цель будет достигнута

27 июня 2018/ 10:02

Ханты-Мансийск. Развитие экономики в современных условиях невозможно без нефтегазовой отрасли. Однако ученые все чаще напоминают о том, что традиционные запасы черного золота истощаются, и уже через 50 лет мы можем остаться без главного природного ресурса.

Немалая часть исследователей утверждает, что выход возможен путем разработки залежей с трудноизвлекаемыми запасами нефти, к числу которых относятся залежи баженовской свиты. ТРИЗы - одна из основных сфер изучения в автономном учреждении ХМАО-Югры «Научно-аналитический центр рационального недропользования им. В. И. Шпильмана». Его специалисты подсчитали, сколько ресурсов нефти таит в себе неприступный бажен.

В интервью Агентству нефтегазовой информации директор научного центра Александр Шпильман рассказал, что необходимо для того, чтобы добраться до трудноизвлекаемой нефти и нарастить добычу.

 

- Крупные месторождения в скором времени будут выработаны. В то же время до сих пор разнятся мнения о запасах бажена - эксперты склоняются к цифрам от 5 до 30 млрд тонн, академик Иван Нестеров оценил объем запасов в 20 млрд тонн. Что же на самом деле? Сможем ли мы раскрыть тайну бажена?

- Разногласия идут из-за неверного употребления терминологии. Геологи оперируют разными понятиями. Первое: геологические ресурсы - сколько нефти содержится в недрах. По оценкам многих исследователей это около 100 млрд тонн. Второе: извлекаемые ресурсы - сколько нефти можно добыть с помощью современных технологий. При существующих технологиях возможность добывать из сланцевых пород определяется в 5-6%, а это 5-6 млрд тонн. Конечно, есть оптимисты, которые утверждают, что при использовании других технологий добыча поднимется до 20 млрд тонн. Другие, в свою очередь, говорят о 3 млрд тонн. Знания о природе у геологов примерно одинаковые, а вот оценка возможности технологий, тем более будущих - разная.

Мы же для себя приняли некоторые оценки, которых стараемся придерживаться. Нас интересуют другие величины – сколько возможно извлечь нефти на один квадратный километр. Почему? Потому что, определяя плотность бурения, мы планируем, сколько будет нефти на единицу площади, на одну скважину, и отсюда производим расчет рентабельности, определяя, сможет ли добыча обеспечить уровень прибыли выше, чем затраты на скважину.

По оценкам многих специалистов требуется, чтобы начальный дебит горизонтальной скважины составлял не менее 60-70 тонн, в этом случае скважина с горизонтальным удлинением 1 километр не просто окупается, но и приносит некоторую прибыль. Такую скважину можно назвать рентабельной. Именно эти оценки для нас важнее, чем гадание о том, сколько нефти всего в бажене Западной Сибири.

 

- Александр Владимирович, по вашему мнению, какой объем нефти реально извлечь из бажена в ближайшие годы? И что для этого необходимо?

- По данным за 2017 год, в Ханты-Мансийском автономном округе из бажена добывается более 600 тыс. тонн реальной нефти, не гипотетической. Конечно, что такое для России и для Югры данная цифра? Если перенести добычу на какой-то другой регион, то это будет считаться очень хорошим результатом.

Речь идет о другом. Каким образом достичь добычи в 20-30 млн тонн в год, как повысить добычу в 40-60 раз. Именно это нас волнует больше всего.

Мы прекрасно понимаем, что для того, чтобы увеличить добычу в баженовской свите, необходимо апробировать и внедрить новые технологии добычи и исследований. Множество из них требуют самого высокотехнологичного оборудования, так как в бажене мы имеем дело совсем с другими породами.

Когда мы перешли на изучение сланцевых коллекторов, поняли, что нам, например, нужен электронный микроскоп, что мы иначе не можем разглядеть, как устроена порода. Вот и для дальнейшего изучения баженовской свиты нам необходима другая разрешающая способность аппаратуры. Такая научная задача стоит перед геологами и нефтяниками.

То же касается и технологий добычи. Какие-то из них основаны на предыдущих разработках, но сланцы требуют своего подхода. Практически в каждой крупной компании – «Газпром нефти», Роснефти, ЛУКОЙЛе, Сургутнефтегазе - выполняют опытные работы по апробации этих технологий. Работа идет, торопиться не стоит. Я практически уверен, результаты будут достигнуты в ближайшие 2-3 года, компании начнут внедрять свои методы.

На мой взгляд, в ближайшем будущем мы станем бурить не одну или три опытных скважины, а сотни, которые уже будут направлены на рост добычи. К счастью, цена на нефть позволяет развиваться в этом направлении.

 

- Полное освоение баженовской свиты – это все же дело далекого будущего. Есть ли возможности у российских нефтяных компаний, в частности у «Газпром нефти», которая начала реализацию нацпроекта «Бажен», приблизить это будущее?

- Перед участниками и создателями нацпроекта стоят серьезные задачи. Направление возглавляет Кирилл Стрижнев, он опытный руководитель, который справится со всеми задачами. Он смог собрать очень хорошую команду, поэтому у меня нет сомнений, что эти люди смогут реализовать намеченное.

Я тоже являюсь участником этого проекта. Мне кажется, это очень правильный подход к освоению трудноизвлекаемых запасов. Была выбрана территория, на которой работа уже ведется, – Пальяновский участок. Здесь планируется не просто добывать нефть, а опробовать десятки новых технологий. Кстати, это будут и отечественные разработки. Как вы знаете, довольно странное решение США ввести санкции против добычи сланцевой нефти как раз и ведет к появлению собственных научных открытий.

Мне очень нравится, что «Газпром нефть» открыта для совместной работы и диалога. Компания разработала комплекс мероприятий по созданию консорциума, в котором нефтяники смогут объединить усилия по созданию и внедрению технологий. Правда, такое предложение заинтересует не все крупные и самостоятельные компании, но есть игроки на рынке поменьше, которые с удовольствием примут участие в разработках проекта «Бажен».

НАЦ РН им В. И. Шпильмана совместно с авторами нацпроекта «Бажена» решил создать центр исследований керна на базе нашего окружного кернохранилища. Мы располагаем хорошей технической базой, а также привлекаем высококвалифицированный персонал, но требуется еще огромное количество нового оборудования и специалистов, которые смогли бы с ним работать. 

На одном из первых шагов мы приняли решение создать такой центр на базе существующих лабораторий нашего центра недропользования. Я думаю, что первые закупки оборудования, их установку, внедрение мы сможем начать уже в 2018 году.

Совместно с «Газпром нефтью» мы рассматриваем этот центр как совместное детище, которое будет открыто для исследования керна любых компаний. Мы практически создадим некий консорциум предприятий по исследованию керна баженовской свиты. 

 

- В мае на Баженовском научном полигоне началось бурение скважины Баженовской №1. Расскажите подробнее про объект. Какие надежды на него возлагаете? Есть ли результаты спустя месяц?

 - Скважина «Баженовская №1» бурится на наиболее перспективной территории Фроловского мегапрогиба. Бурение выполняет Росгеология по заказу департамента по недропользованию по Уральскому федеральному округу.

К маю проходка бурения составила 900 метров, это последние цифры, которыми я располагаю. Сейчас, думаю, показатель вырос. Скважина находится на начальном этапе развития, до баженовской свиты еще не дошла, ее ждет еще очень широкий спектр исследований – каротаж, ВСП и др.

Повторюсь, мы только в начале пути, исследования займут не менее двух лет - 2018-2019 годы. Никаких быстрых побед там не будет, нужно время.

Если же заглядывать далеко в будущее, то задача добывать 20-30 млн тонн в год станет реальной только после 2030 года.

 

- В интервью нашим коллегам несколько лет назад вы говорили о Югорском государственном университете и его химической школе. Вы сообщали о сотрудничестве центра с химиками университета. Удалось ли реализовать планы? Что сделано за эти годы?

- Наш научный центр ведет сотрудничество со многими государственными университетами, в том числе с Тюменским, Санкт-Петербургским, Московским, Югорским, Сургутским. Такое взаимодействие предполагает многое - наши сотрудники преподают в университетах, у нас защищают диссертации, мы входим в диссертационные и дипломные советы. Это постоянное плодотворное сотрудничество, которое мы стараемся укреплять каждый год.

Работа с Югорским университетом, в частности с химической школой для нашего центра очень важна. Мы заинтересованы в том, чтобы к нам на работу пришли химики, в первую очередь для работы в центре исследования керна. Несколько человек уже работают в центре – как начинающие ученые, так и кандидаты наук. У нас создается хорошая научная база для внедрения всех технологий исследования керна на современном оборудовании. Я думаю, что университеты подключатся и к работе по полигону, который развивает «Газпром нефть».

 

- Александр Владимирович, вы не один год преподаете в университете, расскажите, как обстоят дела с молодыми специалистами. Стремятся ли они посвятить свою жизнь нефтегазовой геологии?

- На рынке спрос на хороших специалистов огромный. Молодой ученый-геолог никогда не останется без работы, если только он не учился с двойки на тройку. Тюменский университет выпускает ежегодно пять групп геологов только очного обучения, а это около 100 человек в год. Все, кто хорошо учится и видит себя в этой профессии, находят работу в Тюмени и в северных округах.

Порой очень остро ощущается нехватка кадров. Конечно, в свое время было выпущено слишком много экономистов и юристов. Перекос есть, руководство страны уже отмечало, что университеты выпускают специалистов, которые экономике страны не нужны, а необходимые кадры – в дефиците.

С системой образования в России тоже есть своего рода недоработки. По законодательству бакалавриат не считается высшим образованием. В свое время мне пришлось доучивать своих сотрудников, которые окончили бакалавриат и пришли на работу. Оказалось, что их с таким образованием нельзя назначать на инженерные должности. Пришлось направлять доучиваться. Мне по душе все-таки специалитет. Я по-прежнему считаю, что выпускать недоученного бакалавра не имеет смысла.

Теперь пользуются популярностью междисциплинарные программы, с помощью которых люди разных специальностей учатся чему-то новому, что необходимо им в основной работе. Я экспериментировал с такими программами в своем центре. Мы договорились с индустриальным университетом о проведении недельных курсов «Геология для не геологов». Такого рода занятия позволили, например, бухгалтерам, плановому отделу компании понимать лучше, что написано в договорах. Эксперимент оказался очень полезным, многие выразили благодарность, что за неделю смогли освоить основы геологии и понять, что такое баженовская свита.

 

- Над какими масштабными проектами работают специалисты центра? Какие планы на этот год?

- Планов на год у нас много. Из масштабных проектов - создание центра по исследованию керна, о котором я уже говорил.

Мы также работаем по нескольким крупным направлениям. Например, если брать международную деятельность, мы уже второй год сотрудничаем с Белоруснефтью по исследованию керна.

Кроме того, наш научный центр завершил несколько федеральных проектов, включая изучение Юганско-Колтогорской поисковой зоны. Также закончены работы по Карабашской зоне.

У нас много времени уделяется изучению баженовской свиты, много специалистов задействовано при работе в этом направлении.

Самое значимое событие 2018 года – 25-летие научного центра. К юбилею мы планируем выпустить буклеты, опубликовать свои труды.

 

- Александр Владимирович, каких событий в нефтяной сфере, на ваш взгляд, стоит ждать в 2018-2019 годах?

- Нет ничего приятнее для геолога, чем открытие новых месторождений. Поэтому я всегда жду новых открытий и всегда им радуюсь. Иногда они бывают очень удивительны, мы не рассчитываем, например, открыть столь крупное месторождение, а оно открывается. Так было, например, с Оурьинским месторождением, которое расположено на границе со Свердловской областью. Мы не считали эту территорию очень перспективной, а в итоге было открыто достаточно крупное месторождение с запасами 20 млн тонн. 

Также я очень хочу, чтобы продолжала расти добыча из баженовской свиты. Все запланированные работы должны привести нас к реальному результату. Как только ежегодная добыча нефти из бажена перевалит за 1 миллион, я уже буду считать, что мы сделали много. Как только она достигнет 10 миллионов, я скажу, что первая цель достигнута.

Я надеюсь, что удачно будут проходить аукционы по лицензированию. Цена за объекты стала взлетать до заоблачных высот, это подтверждает интерес инвесторов к недрам Югры. А мы как богатейший регион должны быть заинтересованы в том, чтобы на территории округа велось как можно больше поисковых и разведочных работ, наращивалась ресурсная база.

Просмотров 3912
Комментарии
Вы можете оставить свой комментарий:

Последние комментарии к новостям

10.01.2019
В Беларуси в 2019 году планируют увеличить добычу нефти

13.01.2019 пан а.н. 65 л

надо торопиться с добычей нефти пусть пока струдностями
использовать новейшие достижения в этой области
это путь к реальной свободе.

28.12.2018
Александр Хуршудов: Новый год идет к нам в компании с финансовым кризисом

09.01.2019 Александр Хуршудов

Анастасия, благодарю Вас. Есть у меня небольшая разница с другими аналитиками. Они работают за деньги, а я - для души...:)))

28.12.2018
Игорь Сечин: На стоимость нефти сейчас влияет повышение ставки ФРС

28.12.2018 Александр Хуршудов

Игорь Иванович сильно преувеличивает значение ФРС. Более существенный фактор в том, что ОПЕК реально не сокращает добычу, а в США она растет. Поэтому временно имеется избыток предложения.

24.12.2018
Агентство нефтегазовой информации одержало победу в рейтинге «Нефтегаз-Реклама-2018»

28.12.2018 Виктория Анисимова 39 лет

Поздравляю, рейтинговое, успешное и оперативное агентство. Удачи и дальнейшего процветания в новом году!

20.12.2018
Уметь эффективно управлять: от студента до топ-менеджера

25.12.2018 Ришат Вахитов

Константин, не припомню ни одного такого случая на Самотлоре, позднее в Уренгое. Любыми путями удерживали на месторождениях. Хотел за границу попасть, дотоптался до 1 зама министра Филановского, услышал такое: мы для чего вам квартиры дали, должности, жёнам работу, что бы вы уезжали??? Нет. Чтобы работали там, где находитесь. Уехал из Москвы. Оставив надежды и деньги прогулял с референтами.

01.11.2016
Юрий Земцов: В науке не бывает скучно

14.12.2018 Беляева Ольга Анатольевна (Куликова)

Рада за старосту группы ТСН-1-73. Для меня очень интересная информация, хорошо что хоть один из нас стал достойным химиком и человеком науки. Желаю и в дальнейшем новых научных достижений.

20.11.2018
Наталья Филина: Кустовые площадки месторождений нужно исключить из списка объектов первого класса опасности

03.12.2018 Александр Хуршудов

При всем уважении к интервьюируемому... Лучший порядок такой:
1. По окончании разведки месторождения и перед разработкой проекта его обустройства выполняется ОВОС и оно должно проходить экологическую экспертизу. Малые месторождения можно объединять в группы, например делать один ОВОС на лицензионный участок.
2. Все последующие проекты (кусты, трубопроводы, базы и т. п., рассмотренные в ОВОС, экологическую экспертизу проходить уже не должны. Если месторождение оказалось намного крупнее, после доразведки ОВОС корректируется и тоже проходит экспертизу.
А кусты бывают разные: при наличии на них газоконденсатных скважин, их обязательно надо относить к 1 категории опасности....

20.11.2018
Минэнерго изучит вопрос передачи надзора за добычей на шельфе единому органу

30.11.2018 Alexander

Чувствуется незнание специфики работы на шельфе в вашем комментарии Геннадий Николаевич. С учетом перехлеста функций многих надзорных органов и нехватка компетенций работы/контроля на шельфе, единый (отдельный) орган принесет много пользы недропользователям и людям.

29.11.2018
«РН-Юганскнефтегаз» разработал эффективный метод работы с фондом скважин с трудноизвлекаемыми запасами

29.11.2018 Каприелов Константин Любнардович 65 лет

Правильный подход к делу. Молодцы.

Индекс цитирования