Агентство нефтегазовой информации
про вас, про нас,
про нефть и газ
18+

Роман Самсонов: Цифровизация в РФ должна изменить управление нефтегазовой отраслью на всех уровнях

18 июня/ 12:14

Москва. Развитие цифровых и интеллектуальных технологий является важным конкурентным преимуществом для российского ТЭК на мировых энергетических рынках. По мнению первого заместителя министра энергетики РФ Алексея Текслера, российские компании обязаны заниматься внедрением «цифры», если хотят быть лидерами в своей отрасли.

О том, как повлияет развитие цифровизации на нефтегазовую отрасль России, Агентству нефтегазовой информации рассказал руководитель направления «Газ и Арктика» Энергоцентра Московской школы управления «Сколково» Роман Самсонов.

 

- Модные термины, касающиеся цифровизации отечественной нефтегазовой промышленности, появились не так давно, однако информационные технологии (ИТ) стали активно внедряться уже с 90-х годов. ИТ в нефтяной и газовой промышленности имеют ряд принципиальных отличий, которые в большей степени определяют задачи цифровизации для них. Применение когнитивных технологий в разведке и добыче - один из общих способов повышения эффективности. Использование 3D-технологий позволяет нефтегазовым компаниям стать конкурентными на глобальном рынке. Возможность моделировать и имитировать операции в трехмерном формате позволяет решать проблемы безопасности, экологичности и экономичности. Современные решения нужны на всех стадиях производства, от планирования до комплексного управления производством.

Интегрированные цифровые модели месторождений, особенно компонентного состава, например нефтегазоконденсатных, позволяют объединять блоки геологии и разработки месторождений не только с блоком добычи, но и с блоком наземной инфраструктуры.

Неслучайно компании-лидеры российского нефтегазового сектора идут по пути создания консорциумов, технологических партнерств прежде всего в области информационных и коммуникационных технологий. К этому относится соглашение «Газпром нефти» со «Сколтехом» по сотрудничеству в области бурения и закачивания скважин. Большие перспективы есть, в частности, в области развития цифровых технологий для прогнозов и анализа геолого-технологических огромных массивов данных (Big data) с новыми системами визуализации подготовки принятия решений.

В России открыто около 2 тысяч 500 нефтегазовых месторождений и из них примерно 1 тысяча 945 месторождений нефти. Ежегодная добыча нефти превышает 500 миллионов тонн. Несмотря на схожесть ряда информационных и коммуникационных задач в нефтегазовом бизнесе, есть также различия, в том числе в зависимости от их размера и расположения на суше или море.

Более 70% разведанных запасов газа находятся в 28 уникальных месторождениях, одно из которых - Уренгойское уникальное (5,4 триллиона кубометров), а другие - в четырех гигантских (от 1 до 5 триллионов кубометров). Всего в России около 850 месторождений природного газа. При этом 600 месторождений находятся в пользовании добывающих компаний, но в активной разработке находится около 350 из них.

Интересна динамика роста количества цифровых месторождений за последние годы с учетом того, что их количество достигло в России уже сорока, ведь еще в 2016 году их было всего 26, это уже тогда составляло около 12% от общего их количества в мире. При этом распределение было следующим: Роснефть – 10 (одно морское безлюдное); Газпром – семь; ЛУКОЙЛ – четыре; НОВАТЭК – два (одно безлюдное); Татнефть – одно; РИТЭК – одно; Зарубежнефть – одно.

Показательна также динамика изменений цифровизации самих скважин в мире. Если на 1 января 2015 года их было 15 тысяч, то в России было не более 2 тысяч из общего количества. Далее темпы перехода на цифровые технологии в добыче стали существенно отличаться. Shell уже в 2016 году перешла на управление в режиме реального времени 24/7 практически всем своим фондом в 20 тысяч скважин. К этому уровню приближается и BP.

В России даже самые оптимистичные предложения академика Дмитриевского предполагали перевод всего эксплуатационного фонда скважин только к 2035 году. Хотя даже при этом с учетом темпа отбора в 2% некоторые оценки позволяли рассчитывать на ежегодный прирост добычи нефти от 40 до 60 миллионов тонн и суммарным приростом запасов до 3 миллиардов тонн к 2030 году. Некоторые аналитики пытаются даже оценить затраты на это в 24 триллиона рублей и потенциальную выгоду от этих вложений. Но менять нужно слишком много, чтобы это дало реальный эффект.

Говоря об общих подходах к проблемам цифровизации нефтегазовой отрасли, принято относить к критическим следующие проблемы и направления:

  • интеллектуальные системы поиска, разведки, разработки месторождений, добычи, транспорта и переработки нефти и газа;
  • инновационные энергосберегающие системы добычи и транспортные системы нефти и газа;
  • использование естественной энергии пластов для преобразования добычных технологий в технологии высоких переделов;
  • ресурсосберегающий и энергоэффективный транспорт и переработка;
  • информационные, управляющие, навигационные, морские, подводные, подледные, континентальные и скважинные сенсорные системы мониторинга и управления в режиме реального времени;
  • энергоэффективное и геоэкологическое производство, предусматривающее развитие технологий высоких переделов, реализацию безлюдных нефтегазовых технологий, создание подводных и подледных заводов, скважинных заводов;
  • интегрированная конверсия космических технологий в морские нефтегазовые.

На мой взгляд, важно не забывать и о технологиях управления персоналом, ведь ему приходится работать в условиях автоматизированных систем и комплексов с элементами искусственного интеллекта.

Стоит также отметить, что если еще до 2016 года в приоритетах развития нефтегазовой отрасли мира в числе наиболее эффективных были МУН и МНП, интегрированное поверхностное моделирование, буровые технологии, сейсмический процессинг и интерпретация, сейсмические исследования, пластовая оптимизация и только потом цифровые месторождения, то уже в 2017 году стало очевидно, что цифровизация затрагивает всю цепочку создания стоимости в нефтегазовой промышленности. Среди наиболее перспективных сегментов для перехода на цифровые технологии выделяют управление активами и инфраструктурными объектами, разработку месторождений, геофизический сервис, трубопроводы, переработку.

Структуру мировой экономики, в том числе промышленного мира, меняет концепция Intelligent enterprise (IE) – набор технологических инноваций, включающий искусственный интеллект (Artificial Intelligence, AI), интеллектуальную автоматизацию (Intelligent automation, IA), технологии глубинного обучения, предсказательную аналитику и когнитивные вычисления.

Но даже в нефтегазовой отрасли корпоративные IE-системы, способные существенно помочь в снижении капитальных затрат и операционных расходов, еще не стали приоритетами в развитии даже крупных компаний. Только явные лидеры, такие как Газпром, «Газпром нефть», Роснефть, ЛУКОЙЛ отличаются активным внедрением этих технологий. Уровень внедрения подобных систем в малых и независимых компаниях еще только в самом начале.

Предиктивная аналитика и интеллектуальные системы автоматизации способны принести наибольший эффект в нефтегазовой отрасли. При этом не стоит недооценивать влияние данных, быстро достигающих пугающего объема, характерного для big data и способного совершить революцию в отрасли.

Я лично участвовал в разработке ИТ-стратегии ПАО «Газпром», которая, начавшись еще в 2008 году, позволила уже внедрить 35 информационно-управляющих систем, поднявших уровень автоматизации многих важных бизнес-процессов на мировой уровень. Однако темпы развития технологий настолько быстры, что корректировку и реализацию подобных стратегий скоро придется проводить в режиме реального времени. Эта сфера может послужить мощным драйвером для изменения структуры управления и создать предпосылки для планового перехода в так всеми ожидаемую реформу нефтяного и газового рынка, дав дорогу новым формам сотрудничества и инвестиций. Неслучайно новые формы государственно-частного партнерства, перехода капитального строительства на принципы современного инжиниринга наиболее активно реализуются с участием крупных нефтегазовых компаний, прежде всего на самых сложных северных территориях страны.

Однако даже компании-лидеры отечественной цифровизации еще не готовы в полной мере использовать все возможности концепции «Индустрии 4.0». Во многом это связано с тем, что основой для построения полноценного оцифрованного бизнеса является обеспечение кибербезопасности. Именно этот вопрос повышает существенно риски от расширения цифровизации, хотя она же и дает бизнесу колоссальные преимущества. И чем значительнее степень цифровизации, тем эти риски больше.

Если в части бизнес-приложений и средств промышленной автоматизации доля используемых в компании зарубежных IT-продуктов составляет около 50%, то в части базового программного обеспечения и IT-оборудования она близка к 95%. Однако оценивать эту ситуацию как критическую, пожалуй, не стоит. Программа импортозамещения, простимулировавшая поиск альтернативных решений в России и странах БРИКС, уже дает не плохие результаты и активное развитие центров компетенций и разработки, в том числе в сотрудничестве и кооперации со Сколково и рядом технопарков, позволяет минимизировать ущерб и потери от ужесточения режима санкций. Да и бизнес старается находить форматы сотрудничества даже в непростых условиях. Именно в этом направлении и должно поддерживать государство отечественных разработчиков и консорциумы ИТ компаний, способных создавать прогрессивные технологии и программные решения. И это должно быть направлено не только на создание специальных налоговых преференций, а прежде всего на формирование среды для повышения эффективности бизнеса и технологического сотрудничества.

Важным участником цифровизации в нефтегазовой отрасли, конечно, был и остается человек. Снижение черновой работы, переход на другой уровень принятия решений потребует изменений в квалификации специалистов.

Появление нового инструментария и технологий приведет к необходимости освоения новых профессий. Центр дистанционного управления и контроля за процессом проходки скважины уже больше похож на пульт управления космическим аппаратом, а процесс управления уже не связан с рутинными процессами сбора исходной информации.

Рассматривая перспективы нефтегазовой отрасли России в горизонте после 2035 года, стоит ввести границы анализа и рассматривать ее с точки зрения экспортной продукции и работы на внутреннем рынке.

Кроме того, нефтегазовая отрасль будет отягощаться проблемами старения производственных фондов, изношенностью трубопроводных систем и повышением себестоимости продукции в связи с ухудшением структуры ресурсной базы и выходом на новые территории или геологические условия, в частности ТРИЗ. В то же время влияние глобальных факторов, прежде всего в области экологии и повышения эффективности экономики и управления, будут заставлять переходить на новые форматы и способы обеспечения потребителя энергией.

С точки зрения обеспечения экспорта продукции нефтегазового комплекса России на мировой рынок изменения должны происходить значительно быстрее и носить более фундаментальный характер.

Во многом это связано с ужесточением экологических и экономических характеристик к энергоресурсам. При этом способность нефтегазовых компаний адаптироваться к новым требованиям рынка становится не менее важной по сравнению даже с уровнем автоматизации производства. Снижение операционных и эксплуатационных расходов может быть оптимизировано только с помощью самых современных цифровых технологий.

Даже тогда, говоря об ОИУС, подразумевавших изменение всей структуры и процессов на уровне информационном и управляющем, все понимали, что основные результаты получаются в лучшем случае в области убыстрения обмена бумажками у высокопоставленных чиновников и появления сводных информационных экранов у первых руководителей. А ведь смысл именно в том, чтобы информация меняла эффективность управления на всех уровнях.

Просмотров 3260
Комментарии
Шраго Иосиф Леонидович, 60
21.06.2018

Позволю себе немного критики.
Историческая:
1. Цифровизация началась не в 90-х.
Уже в 1968 г. под руководством Э. Е. Лукьянова создается макет станции контроля параметров бурения и проводятся ее испытания.
В 1972 г. приказом по Главтюменнефтегазу (В. И. Муравленко) в составе треста «Тюменьнефтегеофизика» (в Мегионской ПГК) впервые в стране создается служба контроля параметров процесса бурения, позже переименованная в службу геолого-технологических исследований (ГТИ).
В 1978 г. на Гомельском полигоне СПКБ БА (г. Речица) были успешно закончены испытания первой в стране полностью автоматизированной буровой установки Уралмаш 125А.
В 1987 г станция САОБ (Станция автоматизации и оптимизации бурения - развитие системы управления Уралмаш125А), как отдельное изделие, успешно прошла межведомственные испытания в г. Чернигов (Петрушевская площадь).
В те же годы СПКБ БА занималось проблемами распознавания нефтеностных скважин, предсказанием осложнений и всего прочего, что в статье приписано к задачам текущего дня.
Сущностная:
1. Непонятна логическая основа утверждения:- "Использование 3D-технологий позволяет нефтегазовым компаниям стать конкурентными на глобальном рынке". С чего вдруг красивые картинки, которые показывают на конференциях и совещаниях стали предпочтительнее системы, которая просто выдаст координаты, глубину и профиль скважины, которая даст оптимальный выход УВ? Или воспитанные на комиксах современные специалисты только картинки воспринимают? И при чем тут конкуренция на глобальном рынке, когда все используемые технологии визуализации разработаны ТАМ?
2. Следующее утверждение - "Большие перспективы есть, в частности, в области развития цифровых технологий для прогнозов и анализа геолого-технологических огромных массивов данных (Big data) с новыми системами визуализации подготовки принятия решений." выглядит крайне слабым, в связи с тем, что нет этих самых BigData геолого-технологических данных. А нет их потому, что десятилетиями уничтожается отрасль получения этих самых данных, а именно, службы ГТИ. Их стараются вовсе не использовать, не платить им. На тендерах РН годами используется принцип минус 15% от прошлогодних цен. Да и данных этих ГТИ запрашивают и используют самую малость - около 30 параметров, в то время, как станции могут дать около 700.
3. Если внимательно приглядеться к тем участкам текста, в которых говорится об успехах автоматизации, то видно - это относится к бизнес-процессам. Раньше это называлось электронный документооборот. Т.е. система, которая не позволяет нерадивому менеджеру сослаться на неполучение какого-либо запроса или директивы. Как было написано еще в 60-х годах - предполагалось, что компьютеры заменят существующий формат делопроизводства, но они стали теми костылями, которые удержали эту махину от полного распада. Так, внедрение электронного документооборота в СПБГУ привело к утроению бумажного документооборота. Красиво, я считаю.
4. Утверждение: - "Программа импортозамещения, простимулировавшая поиск альтернативных решений в России и странах БРИКС, уже дает не плохие результаты" также подлежит критическому осмыслению. Отсыл на зависимость от импорта в базовой части IT сферыв спекулятивен так как международные корпорации, изделия и ПО которых мы используем работают на все страны мира и потому, вполне чисты от различного рода закладок и каверз, поскольку будучи обнаружены, что не сложно, нанесут такой вред фирме-изготовителю, что поставит под сомнение сам факт ее существования. И проблем-то - покупайте честно лицензии и ничего вам за это не будет. С другой стороны, обсуждение этого вопроса в рамках БРИКС, подразумевает участие Китая в решении проблемы IT-самостийности, что, конечно, к самостийности не имеет никакого отношения, но и более опасно, чем обычно думают, ибо не далее как два года назад ведущим специалистам ГАЗПРОМа была продемонстрирована китайская закладка в ПО контролера обеспечивающего весь ввод/вывод на материнской плате персонального компьютера. С помощью этой закладки во время демонстрации было продемонстрировано полное отключение компьютера при попытке открыть документ с кодовым словом.
5. "Центр дистанционного управления и контроля за процессом проходки скважины уже больше похож на пульт управления космическим аппаратом, а процесс управления уже не связан с рутинными процессами сбора исходной информации." - в России всего пять поставщиков решений удаленного мониторинга строительства скважин и на сходство с пультом управления звездолетом они не то, что не претендуют - вовсе не тянут. Невозможно бурить скважину без сбора исходной информации, которая собирается с помощью датчиков.Также, невозможно бурить скважину без присутствия профессионала на ней, потому-что ГНВП вы удаленно не ликвидируете, да и вообще - буровики учатся пять лет в институте и всю жизнь на буровых. Наверное, это все потому, что профессия сложная. В качестве примера - при бурении на озере Восток, только одному человеку удавалось получить керны длиной свыше 70 см. Одному на все скважины всех групп из разных стран. Это информация к размышлению для всех любителей 3D- картинок, считающих, что остальное их программисты за пару месяцев нашкрябают. Так вот - не нашкрябают и за год.
6. Надежды на Сколково. Это очень модно и бюджетно-заманчиво - нет слов. НО. Напомню, что только в прошлом году Сколково умудрилось объявить конкурс на создание консорциума по геомеханическому моделированию, создать этот консорциум, а после, начать искать специалистов по проводке скважин и всего прочего, что связано с этим.
7. Цифровизация добычных скважин и 24 триллиона. Ну, про 24 триллиона много говорить не нужно - это много, и это главное, и никто на такие траты не пойдет. А вот про цифровизацию можно сказать следующее - устьевые арматуры на работающих скважинах никто менять не будет и дросселя с вкладышами как стояли там, так и будут стоять и гидродинамические испытания скважин для вывода их на оптимальный режим может провести только грамотный оператор лично на скважине. Для этого его надо учить. Средства для этого в стране есть. Цифровые. И давно.

Джакубова Татьяна Николаевна, 68 лет
19.06.2018

Спасибо за интересную информацию о положении дел с цифровизацией отрасли. Абсолютно согласна с Вашим заключением: существующие корпоративные ИТ, по сути, автоматизируют документооборот, ничего не меняя в существующей системе управления. Автоматизации должны предшествовать системный анализ и организационное проектирование на предприятии:задач, функций и технологий управления. Т.е. впереди должен идти системный аналитик. Забытые, но не потерявшие своей актуальности работы старых специалистов: Ю.И. Черняк. Системный анализ в управлении экономикой, Л.С.Пузыровский. Основы организационного проектирования. Только такой подход может реально повысить эффективность управления.

Вы можете оставить свой комментарий:

Последние комментарии к новостям

11.09.2018
Максим Недзвецкий назначен гендиректором ООО «Газпром ВНИИГАЗ»

11.09.2018 Иванов Иван Иванович , 30 лет

Успехов Максим Юрьевич! Может хоть с вашим приходом что-то изменится в институте в лучшую сторону.

06.09.2018
"Сахалин-1" продолжает рассматривать разные варианты монетизации газа проекта

08.09.2018 Акиэ Като, 65 лет

Надо быстрее уже решать. Нам на Сахалине необходимы новые проекты.

31.08.2018
В столице Самотлора прочли послание комсомольцев XX века

06.09.2018 Капитула Анатолий Владимирович

Я тоже приехал в Нижневартовск в 1982 году с женой и двумя детьми. Прожил там до 2008 года. Прошел и Самотлор, и Белорусский, и разные дальние месторождения. Всяко бывало. Думаю, однако, что те комсомольцы, которые писали и закапывали капсулу, были бы крайне удивлены тому, что творится в нашей стране и на какие блага сейчас идут средства, получаемые от добычи нефти....

31.08.2018
Ян Гильманов: В жизни всегда есть место развитию

05.09.2018 Фрязинова Надежда Ирековна

Брат, ты большой молодец! Гордимся тобой.

18.06.2018
В Москве назначено повторное собрание кредиторов подрядчика "Ямал СПГ" - ООО "Ямалспецстрой"

03.09.2018 Тимиргазин Артур Фанзилович 28 лет

Выплат как не было так и нет. Обещали в июне 2018 начнутся выплаты. Что можете сказать по этому поводу???

29.08.2018
В Ноябрьске и Муравленко при поддержке "Газпром нефти" прошел фестиваль "Стенограффия"

31.08.2018 Таня

У меня племянница впервые приехала в Муравленко и была потрясена, она уехала-то совсем маленькой, когда еще фестиваль не проводился. Говорит, стало красивенно в городе. Отличный фестиваль.

17.08.2018
Наталья Комарова: В Югре важны инвестпроекты для использования электроэнергии в других качествах

28.08.2018 Гурский Сергей Анатольевич 46

Энергетика нужна всегда и не только на Югре, не думаю что есть какие то проблемы с загруженностью мощностей. Потребление электроэнергии постоянно растёт и станции придётся строить. В Югре это удобно благодаря близости к месторождениям и недорогому газу. Думаю что быть энергетическим центром совсем неплохо, но и развивать свои производства тоже нужно, та же нефтехимия например. Но строить новые мощные станции как Няганская нужно, это оправдается.

16.08.2018
АссоНефть призывает правительство убрать барьеры в налоговом маневре

16.08.2018 Максим

Чтобы получить свидетельство переработчика нефтяного сырья, дающее право на возвратный акциз, надо в один из прошлых трёх кварталов до даты подачи заявления произвести и реализовать на внутренний рынок 5000 тонн автобензина или нафты (если она ушла переработчикам).
А в дальнейшем чтобы получать акциз уже имея свидетельство надо чтобы бензин в балансе НПЗ был не меньше 10% от перерабатываемого нефтяного сырья.
Условия в 600 тыс.тонн и 60 млрд инвестиций нужны НПЗ, которые не укладываются в норму 10% автобензина.

19.06.2018
Константин Симонов: Государство не заинтересовано в развитии малых нефтяных компаний

06.08.2018 Александр Хуршудов

Сергею Ветчинину. Я с удовольствием с Вами соглашусь, если Вы приведете мне хоть один пример, когда малое предприятие благополучно закончило разработку месторождения, достигло проектного КИН и сдало лицензию государству. Мне не приходилось встречать таких, но может быть, Вам повезло больше?

01.08.2018
"Самотлорнефтегаз" очистит с помощью новой технологии около 150 км трубопроводов

06.08.2018 Александр Хуршудов

Все это хорошо, но не надо сильно претендовать на новизну. Насколько я помню в 80-х годах подобная очистка уже широко производилась, например, на водопроводных трубах в Германии....

Индекс цитирования