Альберт Ильясов: Подушку в чемодан – и на Север

Нижневартовск. Простота в общении и скромность – вот что, пожалуй, в первую очередь объединяет горожан-первопроходцев, с которыми доводится общаться сегодня.  Всегда интересно слушать их рассказы о том, как они, очертя голову, поехали в неизведанное для них и не обустроенное место. Как им хотелось в молодости независимой от родителей жизни, и Север ждал таких людей, одержимых желанием начать все с нуля, сделать себя самим. Благодаря таким первопроходцам и поселок Нижневартовский стал со временем нашей надежной малой Родиной - прекрасно обжитым и благоустроенным городом, отмечающим в этом году 50-летний юбилей Самотлорского месторождения, без открытия которого поселок Нижневартовский так и оставался бы тихой и скромной провинцией.

Ты наш товарищ!
Судьба Альберта Саматовича Ильясова во многом похожа на судьбы его сверстников. Он получил специальность сварщика в Тюмени. Отслужил в армии, трудился по специальности в нефтепромысловом управлении на родине в Башкирии. Рассказывает, что родители, работавшие учителями, были за то, чтобы сын с невесткой жили не под опекой, а самостоятельно.
- И вот летом 1967 года собрал я чемоданы с подушкой, одеялом, матрасом и сел с женой на поезд, - вспоминает Альберт Саматович. – Флюра на третьем месяце беременности, но тоже не против уехать к моей тете в Тюмень. Так вышло, что пустила она в то время квартирантов, прописки у нее не было, и пошел я по городу устраиваться на работу. Везде мне говорили:
-Ты наш товарищ, нам нужен такой сварщик, даем тебе общежитие!
- Но я с женой!
- И ей дадим другое общежитие!
А зачем нам жить порознь, и отправился я в «Главтюменьнефтегаз», где мою трудовую книжку сразу в сейф, а мне направление в ДРСУ в поселок Нижневартовский, где, как пояснили, нужны такие специалисты. Конечно, приходилось слышать, что там нашли большую нефть, но и только. Однако меня напутствовали: «Езжай, не пропадешь!», и сели мы с женой на самолет ЛИ-2. Прилетели вечером в аэропорт за молокозаводом. Видим, все люди куда-то бегут и бегут. Как оказалось на речной трамвай, чтобы добраться из поселка в новый пятый квартал. Ринулись за ними, удивились еще, что все стали натягивать на головы сетки, как выяснилось, от комаров. Вышли на берег – кругом балки, вагончики… никто нас, понятно, не ждет. И в нашем поступке отправиться в незнакомый край не было ничего неестественного. Многим тогда было свойственно начинать все с чистого листа, а уж молодым тем более. Жене с работой ничего не светило, хотя имела она специальность продавца, но куда я – туда и она… Слышим, как какая-то женщина зовет: «Альберт, Альберт!» Кричу ей – это я Альберт! Разговорились с ней – искала она сына, пригласила переночевать в вагончике. Ее муж тоже работал в ДРСУ, но попал в аварию и лежал в тюменской больнице. Конец рабочей недели... Когда ехали в поселок Нижневартовский совсем не думали об этом, купили билет и сразу вперед! Да и тетя с дядей вселили уверенность: там такие смелые, как вы, будут нужны! Две ночи побыли у приютившей нас женщины, а потом я, «узнав» специфику поселка, нашел в болотниках контору ДРСУ, где меня направили в Мегион. И снова вечер… Стоим с женой на берегу. Темнеет… идет по Оби катер «Ярославец». Помахал ему рукой и опять везение. Подобрал нас капитан… Первый час ночи, мы с чемоданами уже в Мегионе... Кругом все разрыто, лают собаки…Постучали в первый вагончик: «Пустите до утра», и женщина, увидев, что я не один, открыла нам двери…

Надеялись только на себя
Простой рассказ Альберта Саматовича трогает до глубины души. Такими историями полон наш город, и это в нем цепляет прежде всего. Все-таки благодаря таким людям, как Альберт Ильясов, у Нижневартовска сложился свой особенный облик города открытого, радушного и такого родного, что ближе не бывает. …Приехала молодая семья в Мегион ночью и утром Ильясов уже на работе, где ему с места в карьер: «У нас как раз трактор сломался на трассе при укладке лежневки - поехали!». Жена тем временем обустроилась во второй половине конторы. Познакомилась с женщиной из экспедиции, строившей деревянные двухэтажки. Эта Валя и подсказала, что есть у них пустующая квартира, одолжила денег…
Альберт Саматович вспоминает, что встретил тогда в Мегионе много ребят из Татарии, Башкирии. Они и перетянули его со временем на работу в производственное управление «Мегионефть», с которого и начиналась освоение новых месторождений Среднего Приобья, велось строительство нефтепроводов и в первую очередь Самотлора.
В нефтепарке Альберт Саматович занимался ремонтом труб, заменой задвижек, чуть ли не сразу уговорили стать секретарем комсомольской организации нефтепромысла №2. Не прошло и года, как она заняла первое место по району. Тогда была развита эстафета трудовых дел. Благодаря ей открыли детский сад. Жена Флюра устроилась нянечкой. Организовали с помощью женщин коллектив художественной самодеятельности. Так понемногу и стали обживаться на новом месте. Люди подобрались хорошие, говорит Альберт Саматович. Запомнилась, что трудилась с ними тогда целая династия семьи Рудольф. Со временем избрали Альберта Ильясова в профсоюз, предложили вступить в партию и он десять лет был секретарем первичной партийной организации. Жили тогда люди открыто. Стучи в любую дверь, чтобы переночевать – все распахнут. Белье висело на улице, никто не снимет. Добирались до Нижневартовска на «УРАЛах», чтобы выступить с концертами, поддержать эстафеты коллег. На улице минус сорок, а люди едут под тентами, чтобы попасть в клуб.
- Как-то приехали в Мегион сотрудники из какого-то новосибирского института, - говорит Альберт Саматович. - Поинтересовались, с какой целью мы здесь, надолго ли? Рассказывал им тогда, что поживем немного. Денег накопим и уедем. Мои родители, приезжая в гости, даже удивлялись: «Да как вы здесь существуете? У вас даже воробьи не летают!». А мы постепенно наладили свой быт на Севере. Зарплаты в 90 рублей хватало и на жену с ребенком, и на себя. В Мегионе был тогда один магазин. Купит в нем Флюра молоко и сварит мне молочный суп. Утром беру с собой пол-литровый термос чая, какие-то кусочки на обед и все. Дорог не было, добирались на работу и обратно до дома на тракторе. Потом появились для вахты автобус «КАВЗ», «Уралы» под тентом, утепленные ватными одеялами. Все выхлопы шли через кузов. Те, кто начинал со мной в одно время, трудностей не боялись. Домой в теплые края не уезжали. Все пропускали через себя, всей душой прикипали к новому дому. И потом, кто нас, где ждал? Вот твое место! Создавай все для жизни здесь. Надеяться было не на кого. Мои родители, например, получали маленькую пенсию – 40-50 рублей, и мы сами им стали помогать года через два. Купим индийский чай и отправим посылкой. В отпуск едем – опять набираем с собой подарков.

Было не до больничного
Всю свою трудовую жизнь Альберт Ильясов работал сварщиком на промыслах в Мегионе, Агане, Покуре, на Баграсе. Ремонтировал трубы, нефтепроводы, заваривал свищи. И ведь как жгуче интересно было. Между цехами и бригадами устраивали социалистические соревнования, и люди дорожили значками победителя. Повышали профессиональное мастерство в учебном комбинате. Успевали отличиться и на производстве, и в общественной работе. «Даже не помню, брал ли я когда больничный, - вспоминает Альберт Саматович. - Всегда только работал». Самая дорогая для него награда – Орден Трудового Красного Знамени. Получил его в 1976 году. Рассказывает, что в представлении старшие товарищи такое написали о его больших трудовых заслугах, что у него, человека не сентиментального - слезы на глазах выступили…
В 1977 году Альберт Саматович получил квартиру в Нижневартовске, продолжая работать в Мегионе. В 1987 году перешел в «Черногорнефть», откуда и ушел на пенсию. Говорит, что в отличие от жены был не очень-то общительным. Думаю, считает так из скромности. Иначе не избирали бы его за его твердый характер депутатом городского совета, уже на пенсии – председателем садово-огородного товарищества «Белозерец». Сейчас Альберт Ильясов тесно связан с советом ветеранов ОАО «Самотлорнефтегаз». Здесь собрались такие же, как и он, неравнодушные коллеги-нефтяники. У них общая биография и они всегда готовы поддержать друг друга. Все имеют отношение к славной дате – 50-летию Самотлора, потому что работали когда-то «в одной связке». Одни разбуривали скважины, другие держали руку на пульсе, чтобы вовремя отремонтировать трубы, проложить дороги, разгрузить баржи с оборудованием. То, что мы видим сегодня в нашем городе, создано за счет их тяжелого труда. Поэтому и стараемся вслед за ними дорожить историей города, Самотлора, которые охотно принимали на своей земле людей неугомонных.
Об одном жалеет Альберт Саматович, что рано умерла любимая жена Флюра, которую похоронили четыре года назад. Двух дочерей подарила ему. Гульнара работает геологом, Виктория поваром у нефтяников. Одна из внучек - помощником художника. Вторая осенью пойдет в первый класс. Сейчас все заботы деда связаны с нею.